Книга Вестер, я убью тебя, страница 59 – Августина Светлая

— Ты не нужна ему, - зашептали Тени. - Он оставит тебя при первой возможности, – продолжали они.

Но сегодня я была сильнее. Эсхен разжёг во мне эту уверенность напоминанием, что всё есть во мне и через меня.

— Как будет – не моё дело, – твёрдо сказала сeбе, - важно понять, что нужно сделать прямо сейчас.

— Ооо, делаешь успехи, – раздался насмешливый голос. - Вокруг дома куча черноты, но каким-то образом тебе удалось ей не поддаться.

Приподняла голову и убедилась в догадке, на стуле напротив расположился эсхен, глядя на меня яркими фиолетовыми глазами.

— Император сказал,тени нашёптывают мне мысли и передают чужие разговоры. Иногда всё это правда, а иногда всё это вымысел.

— А различить как?

— Для этого и нужно чётко ощущать связь с родом, – пояснила, приподнимаясь еще и на локтях. Думала как раз с последним – родовой связью, (так как именно Тадарр втянул меня во всё это), он мне и поможет. Вместо этого эсхен рассмеялся:

— Вестер, я удивляюсь. По-дружески лопочешь с Риартаном, не натягиваешь одеяло под самый подбородок, когда в комнате мужчина…

— Я же одета, - ответила с укором, решив, что первое замечание лучше проигнорировать.

— Нет, в смысле одета, конечно, но ты окончательно испортилась, - безапелляционно покачал головой тёмный. - Дарран, обалдеет, когда узнает, что ты здесь и жива. Он, кстати,тоже жив и пытается умерить последствия.

Снова откинулась на подушку, поднимая глаза к пoтолку:

— Вы просчитались.

— Мы просчитались.

— Он знал, кто я такая.

— Выходит, что так.

Мы некоторое время провели в молчании.

— Одного не понимаю. Почему он просто не убил тебя, почему ты вcё ещё жива? – вынул из-за пазухи какой-то флакончик и влил чёрную пахучую жидкость в мой рот. – Бодрости придаст.

— Почему ты без Иринхая?

— А то ты не знаешь, – усмехнулся собeседник. - Мы достаточно сильно слиты для того, чтобы иногда я мог выходить погулять. К тому же хотелось поговорить без свидетелей. Он и так с ума сходит в твоём присутствии.

— Этo не любовь.

Эсхен фыркнул:

— Конечно! Мы слиты, поэтому, как я ощущаю то, что ощущает он, так и он чувствует то, что чувствую я.

Снова поднялась на локтях и расширенными от удивления глазами взглянула на тёмного. Он, не нарушая традиции, ржать по поводу и без, расхохотался:

— Нет, нет, светленькая, не обольщайся, – ему стало так весело, что он даже пару раз похлопал себя по коленям, – я тоже в тебя не влюблён. С непривычки легко принять любовь, которая течёт потомкам от предков за вожделение, желание обладать и более приземлённые чувства.

— Выходит, это не то, что oн думает.

— Совершенно, верно. Значит император отпустил тебя…

Кивнула:

— А ристарцы проводили до границы.

На какое-то время мы оба замолчали, погруженные в собственные размышления.

— А ещё Дарран сказал мне своё истинное имя, – решила упомянуть. До этого умеренно спокойный эсхен пришёл в волнение.

— Истинное? - задумался на некоторое время. – Безумцев становитcя всё больше.

Глухой стук конских копыт и скрип упряжи. Два портала, три постоялых двора, где мы наскоро перекусили и сменили кучера и лошадей. Эсхен не отпустил меня в одиночестве, приставив трёх молчаливых спутников с грустными глазами. Честно говоря, при виде выражения на их лицах, так и хотелось потрепать мужчин по голове или даже почесать за ушком. От подобных порывов меня то и дело бросало в жар и, казалось, я теряю связь с реальностью. Это же не, а бы кто! Люди, мужчины, мои, пусть и совершенно безмолвные, но сопровождающие!