Книга Практикантка межгалактической скорой помощи, страница 75 – Сусанна Ткаченко

— А сколько она находилась в теле инопланетянина? Каким образом она успела очиститься в нём? Он испражнялся? — присоединился к министру здравоохранения министр обороны.

Вот же въедливые какие!

— Мы понятия не имеем о строении организма инопланетян и не имеем понятия, очистилась бы его душа или нет, если бы вселилась в кого-то из нам подобных, — холодно ответил Хелиос.

Он злился, потому что уже понял, куда эти двое хотят свернуть. И не ошибся.

— Значит, нужно этот вопрос изучить! — рявкнул генералиссимус.

— Без нас, — отрезал Хел.

— Вы обязаны! — попробовал он надавить.

Но поднялся мой дед.

— Позвольте напомнить вам, генералиссимус, основное положение Конституции межмировой империи: любой гражданин из любого входящего в наше объединение мира имеет право выбирать тот род деятельности, который считает нужным. Мы не принуждаем людей заниматься тем, чем они не хотят заниматься. Именно поэтому много лет назад была отменена обязательная военная служба и принудительное распределение на рабочие места после окончания учебы. Тогда Совет Планетарных Правительств пришел к выводу, что любое принуждение — путь к рабству.

— Адмирал Ефрат, но есть же долг перед империей, — уже не так решительно воззвал к дедовой совести военный.

— А еще есть долг перед Непостижимым Наблюдателем, — возразил дед.

Зал опять загудел. Теперь схлестнулись те, кто верил в присутствие нашего Творца, и те, кто считал, будто он нас создал и бросил на произвол судьбы, занявшись другими делами. Но так как свобода вероисповедания у нас тоже законодательно закреплена, можно было выдыхать. Никто не в силах заставить делать нас с Хелиосом делать то, что противоречит нашим убеждениям.

Совет продлился еще пару часов. После жаркой дискуссии все наконец успокоились и принялись обсуждать способы вступить в контакт с кремнецами.

— Док-командер, скажите, а если мы сможем заполучить живого инопланетянина и добьемся с ним взаимопонимания, вы согласитесь поменять душу нашего добровольца и душу кремнеца местами, чтобы проще было договориться? — ушел уже в какие-то фантастические дебри глава Совета.

— Ну если сможете заполучить и договориться на добровольную рокировку, тогда и поговорим, — пообещал Хелиос.

На этом нас отпустили. Мы полетели на Бур на такси и смогли поговорить спокойно.

— Доработаем смену и уйдем со скорой, — сообщил мне Хел по дороге на космодром военной базы.

— И чем займемся? — спросила я, кладя голову ему на плечо.

— Помимо поисков универсального языка, который поймут кремнецы?

— Ну да. Это все же не очень связанное с медициной дело.

— Почему же? Можем изучать воздействие на мозг мыслеобразов. Нейролингвистика вполне себе медицинская наука.

— Ну нет. Не поверю, что ты откажешься от изучения души, — хмыкнула я.

— Возможно, ты права. Тогда будем изучать Акакия и Эврику. Я не стану больше вводить им сыворотку — посмотрим, как поведут себя их души, и поймем, как проходит очищение.

— А вдруг у них тоже такие же души, как у нас? К тому же Эврика расстроится, если останется без Акакия. Обезьяны же дольше живут. Нельзя их разлучать, — возразила я.

— Придумаем что-нибудь.

— Можно поработать над памятью, Хел. Вполне вероятно, что мы найдем способ пробуждать память прошлых жизней, а не сохранять ее для пересаживания в новые тела.