Книга Жена тёмного бога, страница 57 – Элис Айт

Зверь неспроста огибал башни, давая защитникам дворца внимательно себя рассмотреть. Он мог парой движений мощных лап если не разрушить, то по меньшей мере сильно повредить и крепостные стены, и тем более постройки внутри комплекса, предназначенные для услаждения взора, а не для обороны. Тайез не штурмовали уже двести лет, и никто не думал, что однажды это произойдет вновь. А учитывая драконью неуязвимость, любая мысль о том, чтобы ему противостоять, казалась чистым безумием.

Хашиму стоит всего лишь опуститься над городом и пару раз махнуть хвостом, сровняв самые важные здания Тайеза с землей, – и мы проиграли.

Элай, правда, уверял, что брат этого не сделает – он слишком дорожит поддержкой простого народа, хочет выглядеть в их глазах героем и спасителем, а не разрушителем. Аштар явно согласился с ним, раз мы стояли здесь и ждали Хашима во дворце, а не захватили галеры еще до того, как они приблизились к гавани.

Сейчас, правда, глядя на зловеще кружащего дракона над головой, я засомневалась в словах Элая… и вдруг сообразила, что ящер над нами не черного цвета, а желтого, как пески пустыни.

Это был не Хашим.

Дракон наконец начал снижаться. Пролетев на опасно близком расстоянии от крыши главного здания, он опустился в саду, совсем рядом с тем местом, где мы только что сидели с Хведером. Площадка была предназначена для расслабленных прогулок аристократии, а не для приземления гигантских ящеров, и достаточного места для этого, разумеется не нашлось. Впрочем, и дракон со всей очевидностью не желал церемониться.

Раздались треск, хруст. Миндальное дерево вместе со скамьей, где еще оставался недопитый северянином кофе, перестали существовать. Очаровательный мраморный фонтан, где мой дедушка впервые увидел бабушку и до умопомрачения в нее влюбился, превратился в руины. Вода из чаши полилась по дорожкам, струя некрасиво забила вбок, орошая брызгами испоганенный цветник. Брезгливо отряхнув лапу от капель, ящер напоследок величаво взмахнул крыльями и превратился в человека.

Перед нами появилась обнаженная женщина лет на пять старше Элая, с такими же миндалевидными глазами. Будь она моложе, ее можно было бы счесть красивой, но ощутимая печать порока усугубляла приметы возраста. Слишком тяжелые бедра, уже опустившаяся грудь, некрасивые складки на теле – женщина не отказывала себе в наслаждениях. Яркий, крикливый макияж делал ее похожей на шлюху, а не на аристократку.

Нисколько не смущаясь наготы, даже наоборот, будто гордясь своей внешностью, она плавной походкой направилась к нам.

— Аджана, дорогая сестра! – Элай поднял руки, как будто собирался обнять ее, хотя она все еще находилась слишком далеко. И тут же их опустил, выдав свои истинные чувства. – Ты, как всегда, внезапна и непредсказуема. А еще расточительна. Только что ты легким движением хвоста уничтожила фонтан, построенный по распоряжению нашего славного предка Надима Завоевателя и служивший главным украшением сада.

— Поставишь новый, – легкомысленно ответила она.

— Конечно, ведь это так дешево, совсем не обременительно для казны, а тайезским мастерам и ремесленникам категорически нечем заняться, – пробормотал принц. – За что тебя всегда любил, Аджана, так это за то, что ты живое воплощение всех самых мной обожаемых качеств нашей семьи.