Книга Выжить. Вопреки всему, страница 39 – Ольга Кобзева

— Тихо, — шикнул Эрх. — Неподалеку бродят законники. Нас как-то выследили.

Кивнула, показывая, что услышала. Страж отпустил.

Огляделась. Евлеси, к невероятному моему облегчению, пришла в себя. Девушка качала на руках спящую девочку, потому она и не плакала.

— Ты как? — шепотом спросила у Эрха.

— Не так плохо, как могло быть, — хмыкнул он. — Ты долго. Уже собирался идти искать.

— Что? А как же задание? Ведь самое главное — вывезти Сенну, а меня вполне можно и бросить, — вернула ему его же слова.

— Шэрх слушается только тебя, — пожал плечами страж.

— Ну-ну. Евлеси, ты как? — подошла ближе к девушке, доставая из сумки вторую баночку с мазью. — Я почти ничего не вижу, но твою рану нужно обработать. Огонек зажигать не будем, чтобы не привлекать внимания. Держи. Сама намажь голову, там, где болит сильнее всего.

Евлеси только кивнула. Перехватила дочку одной рукой и послушно намазала голову.

— Крепи сидение, — повернулась к Эрху. — Улетаем прямо сейчас. За мной тоже может быть погоня. Боюсь, времени почти нет.

К чести стража, он не стал ни задавать уточняющих вопросов, ни возражать. А принялся споро выполнять указание. Орхис молчал, думаю, Эрх старался действовать бережно.

Оставив Евлеси, подошла к птеродактилю, помогла Эрху закрепить до конца сидение, а заодно поинтересовалась у друга, насколько он способен сейчас к полетам. Орхис хорохорился.

— Предлагаю просто убраться с этого острова на другой, подальше отсюда, — шепотом предложил Эрх. — Перелет через амут, когда шэрх ранен — самоубийство.

— Не думала, что скажу это когда-нибудь, но ты прав, — улыбнулась, хоть страж и не мог видеть выражение моего лица.

Вдвоем быстренько перенесли все вещи, закрепили. Евлеси села, я сама затянула ремни. Эрх занял свое место, Орхис расправил крылья, готовый взлетать и только тогда я отняла Сенну у матери, укладывая ее в специальное крепление. Девочка, ожидаемо, тут же завозилась и начала хныкать. Орхис взлетел. Всем пришлось положиться на чутье и зрение шэрха, ведь никто больше в кромешной тьме совершенно ничего не видел.

Орхис летел около часа. Евлеси задремала, Сенна тоже не раскричалась, убаюканная покачиванием при полете. Единственное, о чем я переживала, как бы девочка не замерзла. Когда мы отлетели уже достаточно далеко, рискнула соорудить над малышкой тоненький огненный полог, согревая, но не обжигая и не выжигая весь кислород.

Почувствовала, что шэрх стал снижаться. Вскоре Орхис опустился на мокрый песок. На этом острове недавно прошел дождь. С деревьев капало, соваться под них не решились. Устроились на берегу, отойдя от воды метров двадцать. У меня и Эрха были подстилки для сна. Свою страж молча отдал Евлеси. Просто расстелил и указал девушке на готовое место. Я достала из сумки молоко, передавая его молодой матери. Лепешки у нас еще оставались. Евлеси с Сенной поужинали именно этим. Девочка в материнских руках вела себя, словно ангел. Не плакала, не кричала, ничего не требовала. Но и с рук не слазила. Чтобы Евлеси могла сходить в кустики, ей пришлось брать девочку с собой.

Орхис съел все оставшиеся воршики и уснул, расстелив приглашающе крыло. Для меня. Позже, чуть позже. Сначала я при свете небольшого огонька обработала сама Евлеси рану на голове. Промыла, убирая волосы и грязь, обработала мазью. Орхиса тоже потревожила, измазав еще один бутылек лекарства. Раны друга выглядели намного, намного лучше, чем несколько часов назад. Это меня немного успокоило. Отдала свой спальник стражу, а сама устроилась под бочком Орхиса. Удобно легла на его переднюю лапу, крылом он меня прикрыл сам. Спать таким образом было и тепло, и мягко, и спокойно.