Книга Второй шанс Доктора. И вас, Драконы, вылечу!, страница 116 – Дианелла Кавейк

— Это прозвучало как «я сам в шоке».

— В университет поступила честно, без взяток. Только немного прикрыли тебя, чтобы не завалили нарочно. Все же мужчины мстительные создания, потому твои родители беспокоились.

— О, святой прозрачный деканат.

И все же к родителям Светы я испытывала крайнее уважение, если отметелить то, что они выбрали партию без согласия дочери. Эдгар-то достойный мужчина. Со стороны логики и выгоды они поступили умно. Во-первых, Эдгар был правой рукой императора, а это означало, что семья Светы поднялась бы на множество ступеней вверх. Повесой он не был. Женщин не избивал. Не пил, не курил, обладал традиционными семейными ценностями, неприлично богат и красив. Ну, вылезло темное пятно в виде бастарда, но не сильно страшное. Крошечный минус перекрывался бесчисленным количеством плюсов.

Им можно похлопать. Даже дочери не запретили получать образование. Худо, что ее шустро выкинули, но тем не менее… как будто бы Эдгар намекнул на то, что можно вернуть все обратно.

Посмотрим, что он знал. Буду действовать, как сказал.

Сценарий в целом понятен. Девочка с амбициями, острым языком и сложным характером. Родители строго-назидательные, но любящие. Парень — властный, но с мозгами. И если бы я действительно была этой Светой, мы бы сейчас шли и держались за руки, а не пытались не поджечь друг друга взглядом.

И это после того, что было в спальне…

— И постарайся не говорить то, что думаешь. У тебя это... плохо выходит, — добавил Эдгар.

— Это еще почему?

— Потому что у тебя проблемы с градацией между «саркастично», «вежливо» и «оскорбительно».

— Я работаю над этим. В смысле, перестала извиняться.

Пока мы разговаривали, улица оживала. Окна домов, в которых еще пару дней назад меня называли сумасшедшей, распахивались. Из них вытягивались шеи, лица, глаза и даже один попугай. Слухи, как всегда, были быстрее звуков. И теперь я была не просто самозванкой, которая мечтала стать докторишкой, а та самая «распущенная девица», которую видели одновременно с двумя мужчинами.

Ну, знаете ли, у любого человека возникнут смутные сомнения насчет отношений между нами. Может кто-то еще и успел заметить, что я полуголая бежала ночью из одного дома, в другой. Насыщенная у меня жизнь.

Так что взгляды были соответствующие. Интерес. Ужас. Зависть. Оценка. Недоверие. Один дед даже перекрестился. Так славно видеть, что тут были верующие люди. Главное, чтобы не додумались спалить меня на костре. А то могут и за ведьму принять случайно.

— Вы, кажется, популярны, миледи, — сказал Данте с тенью усмешки.

— Думаю, в другой день я бы вам врезала за «миледи», — ответила я, не отводя глаз от женщины на балконе, которая шептала что-то на ухо мужу, а тот начал икать. И подпрыгивать. Что она там ему такое сказала?!

К воротам мы подошли уже с каменными лицами. Даже я. собенно я. Особенно та, у кого потели ладони, а язык чесался сказать что-нибудь ехидное первому же гостю из делегации. Эдгар это чувствовал. Молча бросил на меня взгляд. Типа «держись в руках, ведьма». Я кивнула. Типа «попробую, но не обещаю».

Инструктаж в голове прокручивался снова.

Вспыльчивая. Не скрывает презрение. Умная. Склонна к хитростям. Семья — могущественная. Претендует на то, чтобы быть кем-то большим, чем кажется.