Книга Фон-барон для Льдинки, страница 179 – Анна Аникина

Алиса, услышав знакомую фамилию, сделала несколько шагов в сторону Игоря и Вити. Было жуть как интересно, что делал в Москве тот самый молодой вратарь из "Баварии".

— Чем взорвали-то? - к большому сожалению Алисы, Игоря интересовал совсем не футбол.

У Игоря лицо стало ещё более обеспокоенным. Хлопушек вроде бы в доступе не было. По сценарию никакой салют в помещении не планировался. Не хотелось бы резких звуков, а то Ника Комиссарова ненароком родит раньше времени.

— Хлопушками, - Витя пожал плечами так, будто ничего особенного и не случилось, - Эта противная Цветана потащила Михала танцевать. Ну мы ей и кинули под каблуки. Они у неё вооот такие были! - и Витя показал размеры каблуков, примерно как рыбак показывает размер пойманной рыбы.

Алиса же так и осталась стоять с бокалом лимонада в руке. Картинка Михала Тухольского танцующего с какой-то девицей на каблуках, в голове возникала очень красочная. Не утешал даже факт подрыва этой девицы. И оставалось загадкой, какое отношение тётя Даша Вашкина вообще может иметь к польскому вратарю.

Конечно, детям всегда скучно на взрослых серьёзных, а в этом случае - ещё и пафосных мероприятиях. Хорошей едой не удержишь за столом. А банкет получился действительно шикарный.

Фрау Мария осталась весьма довольна свадьбой внука, предвкушая летний приезд молодожёнов в Раттенбург и прием по этому поводу. И даже то, что дети всё же нашли себе развлечение и устроили гонки на сервировочных тележках по длинному отельному коридору, никак не омрачили её радости.

Тори и Алекс вышли на учёбу уже в понедельник, едва проводив домой родственников и друзей.

Путешествие наметили на мартовские праздники. Билеты в Париж бизнес-классом и номер в отеле с видом на Эйфелеву башню - это был подарок бабушек и дедушек Тори.

Алекс когда был ребёнком, даже и не знал, что Склодовские Кате не родные бабушка и дедушка, а Кузьмины - родные. Виктории родными не были ни одни, ни другие. По крови так. Только было на свете что-то сильнее кровных уз. И это не переставало поражать Алекса всё то время, что Тори жила в России.

Жить они остались "на берегу". Оттуда ближе было и к университету, и к мореходке. Алекс принёс в учебную часть свидетельство о браке. Там долго разглядывали странную бумажку. И сказали, что нужно российское свидетельство.

В ЗАГСе их с Тори долго гоняли из кабинета в кабинет. Не могли понять, иностранцы они или нет. В конце концов выяснилось, что достаточно апостиля. Тори подала документы на смену фамилии в российском паспорте. Для шведского подали заявление в консульство Швеции. Туда Алекс ходил вместе с женой.

Чиновник консульства, совершенно точно не швед, разговаривал с ними почему-то пренебрежительно. Тори закипала. Алекс сжимал ладони в кулаки.

— Если господин чиновник прямо сейчас не решит наш вопрос, мой муж будет вынужден побеспокоить консула Германии, - выговорила Тори по-шведски, удивившись, что голосовой аппарат справляется со ставшей уже непривычной артикуляцией, - Герр консул человек занятой. Он не будет в восторге. Но раз Вы не компетентны.... Дорогой, звони консулу, - по-немецки Алексу.

Новый шведский паспорт был у Тори в руках уже через час. Всё. Виктория Свенссон стала Викторией фон Ратт.

В университете пришлось сразу сказать, что фамилия у неё теперь другая. Деканат сменил сведения во всех электронных ресурсах. Да и обручальное колечко на её пальце заметили все и сразу.