Книга Фон-барон для Льдинки, страница 36 – Анна Аникина

— Это у нас соседи всегда организовывают, - прокомментировала бабушка Лена.

Утром большой толпой пошли кататься с горки. Оказалось, что в посёлке полно детей и подростков. Игорь обрадовался друзьям, с которыми вырос, умчался в гости куда-то к соседям. Тори вместе с Соней катались на "ватрушках", пока Катя не загнала их домой.

— Ну вот, новый год встретили, - резюмировал Вадим, - Рождество вы уже тут без меня, - он обнял всех по очереди и уехал в аэропорт.

Катя долго стояла на крыльце, провожая такси. К ней вышла Тори, накинула на плечи сестры куртку.

— Никогда, наверное, не привыкну его провожать. С моряками так всегда. Служба и море сначала. Берег - совсем ненадолго.

Они стояли обнявшись. Рядом шумел заснеженный лес. Ветер дул с большого водохранилища. Катя кивнула головой в сторону берега.

— Вот с той пристани Игорь и Алекс ушли в свой первый дальний поход. Представляешь? Мы еле догнали. Как ты с ними? Они хорошие ребята.

Тори только плечами пожала. Она с ними почти никак. Но хоть Игорь больше не насторожен. А Алекса она даже особо не разглядывала. Это Сонина симпатия.

На Рождество "большая семья" традиционно собиралась у Вашкиных. Дядя Федя был мастер печь пироги, чем не переставал удивлять Викторию. Её отец на кухню заходил только, чтобы сделать кофе в кофемашине. Вершиной его кулинарного мастерства был сендвич.

— Торик, налегай, - дядя Федя подвинул ближе к Виктории пирожки, - А то сейчас эти троглодиты приедут и сожрут, - это он про Игоря и Алекса, которых ждали вместе с Кирой и Йохеном.

Соня всё никак не могла усесться. Видно, пытались угадать, где же будет сидеть Алекс. Тори было интересно за ней наблюдать. И вообще, она иногда ловила себя на том, что будто смотрит кино. Чуть со стороны. Не участвуя.

Наконец в прихожей стали слышны голоса. Два женских - это хозяйка дома тётя Даша и Кира Витальевна, и три мужских. В одном быстро опознался Игорь. А два других, очень похожих, принадлежали, очевидно, Йохену и Алексу. Тори внимательно ловила ноты этих голосов. У Алекса звуки резче, активнее. Йохен более плавный, но и акцент всё же слышен. Пока она обдумывала это, голоса приблизились.

— О, Виктория, не возражаешь, я поближе к пирогам? - Йохен устроился на соседнем стуле и внимательно посмотрел на Тори своими пронзительно синими глазами.

— Да, конечно, - она смутилась. Всё-таки взгляды у отца и сына тоже одинаковые. Не только голоса.

— Пап, я тоже хочу ближе к пирогам, - Алекс уселся с другой стороны от Виктории.

Соня воодушевилась. Алекс оказался прямо напротив неё. А Тори ясно почувствовала, что смотрит он совсем не на Соню.

— Йохен, тебе оливье? Ты же любишь, - Дарья Вашкина поставила огромную салатницу рядом с фон Раттом старшим.

— О, да! Я помню, - повернулся он к Тори, - моё первое Рождество в России. Это был аттракцион! До этого я никогда не ходил в гости так, чтобы обратно идти с сумкой еды. Тебе положить салат? Или не понравился?

— Положить. Не очень много. Спасибо.

— Как тебе русский новый год?

— Я привыкаю, - осторожно ответила Тори.

— Тогда тебя ещё ждёт немало открытий. Мало того, что Рождество после нового года, так ещё и Старый новый год будет.

— Старый? Или новый? - Тори не поняла и смутилась. Ей всё время казалось, что она просто не очень точно понимает по-русски.