Книга Официантка для Босса, страница 33 – Никки Зима

— Ну что, — разводит руки Никита, оглядывая наш временный зверинец.

Эмир храпит на коврике, растянувшись как конь, Зефирчик устроился у него на боку, а Малышка свернулась калачиком, прижавшись к животику Зефира.

Собачья идилия.

— Уже ночь. Оставайся, Алина. У меня есть две гостевые спальни. Кровать двадцать в ширину и два пятьдесят в длину. Подушки есть, одеяло шёлковое — не зудится. Сейчас принесу новую запечатанную пижаму, комплект из моего гардероба, халат, полотенца, гель и всё такое. Посмотри комнату.

Змей-искуситель! Я поднимаю на него строгий взгляд, хотя внутри предательски щемит.

Он объясняет:

— Пижаму покупал сестре в подарок, она твоего роста и комплекции, но что-то не срослось. Я и забыл подарить ей тогда. Случайно на днях обнаружилась. Итальянская, по-моему, Версаче. Совершенно новая.

Этот дом слишком пахнет деньгами и беззаботностью. Огромные окна, в которых отражается ночной город, дизайнерский камин, который никто не растапливает.

И он сам — Волков, который вдруг предлагает мне остаться не как наёмной невесте, а как… человеку.

— Это что, вы забыли условия контракта? Интимные отношения теперь предусмотрены? — спрашиваю я, гладя Малышку за ушком.

Та прикрывает глаза от удовольствия, и от этого комфорта мне самой хочется зевнуть.

— Напоминаю, пункт седьмой: «никаких физических контактов, кроме объятий, необходимых для создания видимости». Ваше предложение пахнет нарушением договора, мистер Волков.

Волков тут же поднимает руки вверх, как будто я наставила на него дробовик.

— Сдаюсь! Я тебе и не предлагал вместе спать! Просто уже поздно, ты устала.

Пижама… Чёртовски хочется на неё посмотреть, но нет. Я кремень и делаю совершенно безразличное выражение лица.

— Оставайся как друг. Как… смотритель собак. Они уже к тебе прилипли. Смотри — Эмир даже во сне хвостом виляет, когда ты говоришь.

Звучит заманчиво. Шёлковое одеяло… И правда, глаза слипаются. Но нет. Если я останусь здесь, в этом стерильном пространстве, где даже воздух кажется фильтрованным, я перестану быть собой.

Знаю я вашу дружбу.

Стану частью его игры.

Я вежливо улыбаюсь и встаю, аккуратно пересаживая Малышку на тёплое место, где только что сидела я.

— Спасибо за заботу, но я сама доберусь. У меня есть телефон, две ноги и руки, чтобы понажимать на кнопки и вызвать такси.

— Но уже совсем ночь…

— Я же выживала как-то до встречи с вами, правда? А после так вообще молчу.

Он хочет что-то сказать — может, предложить водителя, может, вызвать вертолёт — но я уже натягиваю свою новую курточку (спасибо, Волков, она пахнет свободой!), прощаюсь и выхожу в ночь.

Дверь закрывается за мной с тихим щелчком, и я остаюсь одна в прохладном воздухе элитного московского района.

Такси появляется, как из-под земли. Уже через минуту. Повезло, видимо, судьба сегодня ко мне благосклонна.

Сажусь на заднее сиденье, и вот он — момент, когда наконец можно расслабиться и быть собой.

Таксист включил радио, тихо играет какая-то старая песня, и я наконец выдыхаю.

За последние дни моя жизнь превратилась в американские горки, только вместо вагончика — «Рейндж Ровер».

Всё как в Голливуде. Или Болливуде. Я пока ещё не разобралась.

Погони, беременная бывшая, злой кузен и дядя Валера и тётя Люда, которые теперь, кажется, стали моей «семьёй».