Книга Слишком болею тобой, страница 19 – Эмма Райц

— В кабинете…

— Пойдём, я тебя провожу. Мне не нравится твоё состояние.

Моё состояние… Я хотела истерично рассмеяться, ведь моё состояние в этот день напрямую зависело от внимания Усманова. Не имея сил сопротивляться ему, я под вопросительным взглядом Аллы неловко пожала плечами и скрылась вместе с Дамиром за огромной глянцевой ширмой, маскировавшей вход в служебные помещения.

Аптечка лежала на одной из полок широкого стеллажа, и я уже потянулась было к ней, но Усманов меня опередил:

— Садись. Я сам.

После ярких огней зала мягкое освещение кабинета дарило непередаваемое облегчение. Я расслабленно выдохнула и аккуратно сняла жакет. Дамир надел мне на руку манжету тонометра и нажал кнопку, продолжая рассматривать меня молча. Наконец тихое жужжание аппарата прекратилось, и он опустил глаза на цифры.

— Тебе прям в космонавты… Сто двадцать на восемьдесят пять. Только пульс почему-то под сотню. Это наверняка переутомление.

— Отосплюсь за выходные, – я встала и подошла к кулеру за водой.

— Я могу тебя отвезти.

— Не заморачивайся. Мне вызовут такси, – я сделала пару глотков и повернулась, испуганно вздохнув.

Дамир стоял в нескольких сантиметрах от меня и хмурился в своей стандартной манере, когда кто-то позволял себе неслыханную наглость спорить с ним.

— Даша, не упрямься.

— Со мной всё в порядке. В обморок точно не собираюсь па…

Но он приблизился вплотную и указательным пальцем приподнял моё лицо за подбородок:

— Мне так будет спокойнее.

Оказавшись в считанных миллиметрах от его лица, я затаила дыхание и часто заморгала.

— Тебе?..

Его суровые карие глаза прожигали меня насквозь, заставляя мелко дрожать. Я наконец-то сподобилась сделать вдох, и голова тут же закружилась от дурманящего воображение запаха. Словно под гипнозом я следила, как Дамир склонял голову, чтобы поцеловать меня, и когда его губы коснулись моих, сознание заискрилось яркими обжигающими всё моё нутро вспышками…

Даша

Ладонь Дамира скользнула ниже, вдоль моей шеи. Он запустил пальцы в мою укладку и сжал затылок, продолжая напористо сминать мои губы и подчинять себе мой и без того податливый язык.

Наверное, примерно так я себе и представляла его поцелуй все два с лишним года моей болезни Усмановым. И всё же нашла в себе силы мягко упереться рукой в его чёрную рубашку.

— Что-то не так? – он сделал глубокий вдох и вопросительно уставился на меня.

Хороший вопрос…

— Что… Зачем ты меня… – мысли беспомощно расплывались по моему обессиленному сознанию.

— Захотел и поцеловал. Тебе не понравилось? – Дамир выпрямился, гася во взгляде мужское желание.

— Я просто… не понимаю… Я не понимаю твоих мотивов.

Пока Усманов сам собирал мысли в кучу, я пригладила волосы и надела жакет.

— Пойми, для меня вся эта ситуация очень странная… Пока мы работали вместе, ты никоим образом не проявлял свою симпатию, был равнодушен ко мне. И когда я нечаянно призналась в день увольнения, всё вдруг резко изменилось… Ты развёлся с женой, приехал ко мне… И вот теперь… – я собрала остатки смелости в кулак и подняла взгляд на Дамира. – Я не знаю, как относиться к происходящему. Объясни.

— Дашенька, а ты совсем-совсем не допускаешь сценария, где у мужчины может возникнуть интерес к девушке именно после её признания? Нет, я не побежал разводиться с женой из-за того, что узнал о твоих чувствах. Но, Даша… – Усманов вздохнул, уперевшись руками в край моего рабочего стола. – Так случилось, что две мои самые близкие женщины как-то синхронно решили уйти: моя ассистентка уволилась, не дождавшись взаимности, а жена предпочла мне моего же зама.