Онлайн книга «Абсолютно несовместимы»
|
Алиса нахмурилась: — Я наивная дурочка, да? — Ты наивная, но совсем не дурочка. Нас всех так воспитывали: в стремлении к миру и благости. Но суровая взрослая реальность без сожаления разбивает наши хрупкие идеалы в один миг. Допив чай, Алиса охнула: — Ты умял целую огромную пиццу! Денис хмыкнул: — В последний раз я ел около полудня. Просидел весь вечер в подъезде. И полчаса назад занимался сексом. Как думаешь, сколько я должен есть, чтобы подкармливать свои натренированные сто килограммов? — Да уж… — А ты? Не притронулась совсем… — Нет аппетита. Я вообще мало ем. — По тебе видно. Алиса убрала пустую коробку из-под пиццы и снова села на место. — Почему именно Морок? Ложь и обман? — Сокрытие пути к Правде от недостойных. Она недоумённо уставилась на Дениса. — Если вкопаться в славянскую мифологию чуть глубже, чем в первые три строчки определения, можно узнать много интересного. — М… Понятно, – Алиса промямлила еле слышно. — Ты всё ещё грустишь по нему? — Нет, я грущу по осколкам своей жизненной парадигмы. В последнее время так много всего случилось… Денис придвинул свой стул ближе к Алисе. — Сколько тебе лет? — Двадцать три. Ну… Почти двадцать четыре. Он улыбнулся. — Поверь, твоя парадигма ещё не раз изменится в следующие десять лет. — Да? А тебе сколько? — За неделю до осколка в боку мне исполнилось тридцать два. Алиса закрыла глаза. — Может быть, в твою обновлённую парадигму даже я впишусь? — В смысле? — Ты, надеюсь, не думала, что я сегодня приехал к тебе, чтобы больше ни разу не вернуться? Алиса заморгала и замотала головой: — Я сегодня, кажется, вообще не думала… Денис напряжённо провёл ладонью по своим волосам: — Мне не повезло оказаться тут в разгар твоей сердечной драмы. И в итоге я добровольно выступил сначала орудием защиты, а потом и утешения. — Что? Нет… — Да, фея. Ты плакала тут из-за своего бывшего парня, и уже через полчаса безоглядно отдавалась незнакомцу. — Ты не незнакомец… — Я был утешением. Я это знаю. Не спорь, пожалуйста. Я никого ни в чём не обвиняю. Но изначально я ехал к тебе не с таким сценарием. Поэтому мы поступим вот так… – он взял телефон Алисы и аккуратно приложил её палец к кнопке блокировки, а потом вбил свой номер в телефонную книгу. – Если решишь, что готова принять меня в свой хрупкий мир жизнелюбия и справедливости, напиши. Если не сможешь, я расстроюсь. Но переживу. Алиса судорожно сгоняла прорвавшиеся на свободу слёзы. — Ты не борешься за свой шанс? — Борюсь, если вижу взаимность. — А сейчас ты этого не видишь? Он покачал головой: — Из тебя, несмотря ни на что, прорывается агрессия. К моей работе, к моим взглядам на жизнь. Даже моему позывному досталось… — Мне сложно… — Я знаю. Поэтому не давлю. И предлагаю тебе самой всё взвесить и принять решение. Ты мне нравишься. Но слово за тобой. Он встал со стула и пошёл в гостиную за курткой. — Куда ты? Уезжаешь?.. — А что? Должен остаться? Алиса ощущала болезненную пустоту внутри. — Я… Не знаю… Денис накинул куртку, взял с тумбы шлем и поцеловал её в висок: — Как узнаешь – напиши мне. Он вышел на ночную улицу и глубоко вдохнул терпкий сентябрьский воздух. Денис чувствовал, что Алиса наблюдает за ним из окна, но не повернулся и не поднял голову. Надев шлем, он завёл мотоцикл и медленно выехал со двора. |