Книга Адвокатская тайна. Том II. Воскрешая прах и пепел, страница 134 – Эмма Райц

— Детка… Солнце… – он оперся на трость, пытаясь отключиться от болезненных ощущений во всём его израненном теле, и сфокусировал своё внимание на самой красивой женщине, которую так и не понял чем заслужил.

Лера все свои силы бросила на удержание влаги в глазах и отключение дурацких мыслей о том, что бы с ней стало, если бы…

Ответив работнику загса стандартные “согласен” и “согласна”, они повернулись друг к другу и оба с трудом сглотнули, чтобы сказать те самые слова, о которых каждый размышлял всю последнюю неделю.

— Кто-то скажет, странно начинать отношения с середины. Кто-то скажет, что поцелуи в первый час знакомства и секс в первые его сутки – не про вечную любовь.

Парни “Феникса” опустили глаза в попытках не засмеяться. Лера еле заметно качнула головой, но Дима понял, что эту фразу ему потом придётся как следует отработать.

— Люди вообще много фигни говорят. Но всё это случилось с нами… Хоть я и эгоцентричный мудак, а ты страдающая стерва…

Мать Димы тихо охнула.

— …это не исключает самого главного в моей жизни факта – той самой вечной любви между тобой и мной. До одури. Всё, что я помню, кроме тошнотворного вкуса крови, как летел к тебе. Сквозь темноту. А больше мне и лететь некуда… – он медленно выдохнул через рот и надел Лере кольцо.

Она с полминуты смотрела на сверкающий квадратный бриллиант, потом подняла глаза и заговорила:

— И хоть ты эгоцентричный мудак, а я страдающая стерва… Я уже давно смирилась с тем фактом, что ты – мой кислород. И без тебя мне сложно дышать. Сложно ориентироваться в пространстве. Когда ты улетаешь от меня, я просто… существую, – Лера часто заморгала, боясь заплакать, но девушки “Феникса”, осознав, что ощущают всё то же самое, смотрели на жениха и невесту сквозь прорвавшие оборону слёзы. – Если бы ты не вернулся ко мне, я бы просто последовала за тобой. Потому что мой дом там, где ты. И мой воздух там, где ты. И… – Лера говорила всё быстрее, чувствуя, что не справляется с накатившей болью. Сокол зажмурился, но его ресницы успели предательски намокнуть.

— И даже если весь мир будет объят огнём, я буду там, где ты, – она опустила голову и дрожащей рукой надела на его безымянный палец широкое золотое кольцо с гравировкой в виде оперения: – Я люблю тебя.

— Стокгольм посимпатичнее, если честно…

Софи и Даниил шли под густым снегопадом с двумя большими стаканами глинтвейна.

— Копенгаген построже. Как будто повзрослее.

— Наверное…

Новый Год они отметили дома двумя бокалами вина и десятком поздравительных сообщений друзьям. И уже первого января ужинали в Дании, а третьего – в Швеции.

Софи всё ещё была не в настроении. Даже свадьба Леры и Сокола не особо добавила оптимизма. Атмосфера там хоть и была дружеской, но какой-то… фатальной. Не раздавалось громких взрывов хохота, обошлось практически без острых шуточек. Все просто были рады находиться рядом друг с другом. И отсутствие звучного смеющегося голоса Джокера тоже ощущалось всеми без исключения.

— Есть тут какие-нибудь интересные выставки?

— Есть… Но я не хочу. Лучше просто побродить под снегом.

— Как скажешь, – Волохов отчаялся взбодрить Софи, поэтому в какой-то момент решил просто быть рядом и поддерживать ненавязчивый разговор.

Он и сам не горел желанием глубоко окунаться в новогоднее веселье. Прошедший год выдался хреновым. Хотелось стереть себе память или вообще перезапустить игру с нуля…