Книга Пленник иллюзий, страница 108 – Эмма Райц

Злата подняла взгляд на Фенрира, нервно теревшего глаза.

— Ты плачешь?

— Нет, дым попал.

Понимающе улыбнувшись, рыжая ещё крепче обняла его.

— Для неё муж был морем, а не мертвецом в могиле. Поэтому и прощалась она с ним здесь, а не просто пялилась на дурацкие волны, как я думал. И в ту секунду, ты не представляешь, каким мудаком я себя почувствовал. Хотелось сквозь землю провалиться… Начал извиняться, предложил остаться тут ещё на денёк, если ей нужно больше времени.

— Кажется, с тех пор ты не сильно изменился… – Злата хихикнула ему в шею.

— Знаю…

— И что ответила ба?

— Что… что всё в порядке, и нам действительно пора ехать, – Андрей в последний момент удержался и не стал рассказывать, что бабушка сначала рассмеялась, а потом поцеловала его в нос и, сняв с пальца обручальное кольцо, отдала ему со словами «подари его той самой».

— А как она оказалась в Сочи? Вроде не ближнее Подмосковье.

— Столичный климат не подошёл, – Фенрир закурил вторую сигарету. – Часто жаловалась на давление и плохое самочувствие. Поэтому пришлось вернуть её к морю, правда теперь уже к Чёрному. Отец летает к ней раз в пару месяцев.

— К дочери – в Париж, к матери – в Сочи? Он всё время летает?

Андрей усмехнулся забавному замечанию Златы:

— А чем ему ещё заниматься?

— А ты?

— Что – я?

— Часто навещаешь бабулю?

— Нет… – Фенрир поморщился от досады. – В последний раз был прошлым летом.

— Позорник.

— Да как-то… с осени не задалось. Но мы можем слетать к ней, если нам в майские не придётся трудиться.

Злата удивлённо уставилась на него:

— Вдвоём?

— А что? Ба весёлая и современная. Косо на нас точно смотреть не будет.

— Ну… Не знаю.

Выдохнув дым последней затяжки, Андрей с любопытством прищурился, разглядывая светлые веснушки на переносице Златы:

— А ты ведь обещала рассказать мне… Про свою семью. Помнишь?

Рыжая напряжённо дёрнула плечом и спрятала лицо, снова уткнувшись носом в толстовку Андрея. Новый порыв ветра заставил их обоих поёжиться и крепче обняться, но прогнать с берега так и не смог.

— Да нечего особо рассказывать. Нет у меня семьи.

— Не сливайся, – упрямо усмехнулся Фенрир.

— Мать скинула меня отцу через пару месяцев после рождения и свалила в закат. Тот пристроил меня своей тётке, бездетной вдове. Сам наведывался урывками между… между заданиями и вылетами… И я ждала этих дней сильнее, чем нового года. А потом его уб… он погиб. Мне было восемь. Так и жили дальше вдвоём с тёткой. Год назад я её похоронила после онкологии. Вот и вся история, – Злата шмыгнула носом и отвернулась в другую сторону.

— Чёрт… Я думал, у меня жопа с семьёй…

— Поверь, у тебя всё шикарно. Не знаю, зачем ты намеренно дистанцируешься от родных. Я бы полжизни отдала за хоть кого-то под боком…

Андрей снова упёрся взглядом в военный корабль на горизонте и с трудом вздохнул, ощущая в груди тяжёлый камень вины: он ведь упорно старался выгрести со своего зимнего морального дна, но куда ни глянь, всё ещё казался себе неблагодарным мудаком, не умевшим ценить всё, что имел, и всех, кто был рядом.

«Почему все люди как люди, а я…»

— Ты права.

— А насчёт майских… – договорить Злата не успела, потому что оба их телефона в карманах пронзительно запиликали. – Что это?..

— Э… – Фенрир достал Террафон и вчитался в уведомление: – «Вы подключены к резервной…» Что за фигня?