Книга Телохранитель для Снежной Королевы, страница 31 – Эмма Райц

Завидев плюшевого «конкурента», Пушок ткнулся мощной мордой в бедро Наумовой, напоминая о себе. Та намёка не поняла, поэтому просто улыбнулась недовольному псу.

— С собаками нельзя, – оператор скрестил ладони при виде огромного кане-корсо.

— Он дрессированный. Будет сидеть смирно.

— Нет.

Павел разочарованно цокнул языком.

— Покатайся, а я с ним постою, – хихикнула Юля.

— Нет, катайся ты. А я тебя щёлкну, – Костров подал ей руку, помогая подняться на карусель.

Снежная Королева, как он и подумал, проигнорировала лошадей, медведей, оленей и тигров и выбрала для себя новогодние сверкающие разноцветными огоньками сани, посадив рядом мишку. Каждый раз оказываясь напротив Павла, Юля счастливо махала ему ладонью, а он наводил на неё камеру смартфона. Фото получались немного размытыми, но от них так и веяло счастьем.

— Зря ты отказался! Может, всё-таки тоже прокатишься? – румяная от мороза, Юля довольно улыбалась.

— Нет. Я хотел с тобой. В следующий раз, – он опустил голову и мягко поцеловал её.

— Я уже забыла, что такое первые свидания… И какие они бывают волнительные.

— Не беда. Скоро опять забудешь, – хмыкнул Костров, встав с ней в обнимку в конец очереди за глинтвейном.

— Мне нравится твоя бескомпромиссность, – Наумова уютно уткнулась носом в расстёгнутый ворот его пуховика и закрыла глаза от удовольствия. – И ещё мне нравится ощущение, будто я такая девочка-девочка…

— А ты и есть девочка-девочка.

— Вряд ли. Я не помню, когда в последний раз…

— Юль, ты моя девочка-девочка. Безо всяких разов. Поняла?

Девочка-девочка потёрлась тонким носиком по его щетине на шее и шёпотом выдохнула:

— Поняла…

От этого простого прикосновения и её послушного согласия Костров почувствовал мощную волну возбуждения и с трудом вспомнил, зачем они встали в очередь, когда продавец вопросительно на них уставился.

— Э… нам…

— Два глинтвейна и два рогалика с корицей, – Юля выглянула из-за воротника. В колено снова ткнулась тяжёлая морда. – Ой. Три рогалика, конечно же!

Скай строго глянул на Пушка, но не удержался от смеха при виде негодующе сдвинутых ушей:

— Ты мне его так разбалуешь.

— Я не могу удержаться.

Пройдя всю новогоднюю ярмарку и сделав с десяток смешных селфи, они согрелись в ближайшей пиццерии, ещё немного погуляли по историческим улочкам, даже заглянули в тёмные окна бывшего Юлиного офиса.

— Я думала, будет тяжело, – Наумова, сложив ладони вокруг лица, всматривалась в пустые помещения. – А теперь ощущаю какую-то небывалую лёгкость. Нет компании – и гора с плеч.

— Мне кажется, ты выгорела. Сколько я с тобой работал, столько ты страдала трудоголизмом. Пора перевести дух и дать себе время восстановиться.

— Наверное… А кстати, – Юля взволнованно уставилась на Кострова: – Я же улетаю…

— Я помню.

— Но я теперь не хочу одна, – улыбка окончательно сползла с её лица. – Хочу с тобой.

Скай довольно усмехнулся:

— Я только за. Пришли мне даты и номер рейса. Может, остались билеты. В худшем случае разминемся в пару дней.

— Ты правда полетишь со мной?!

— Я подумал об этом, ещё когда ты впервые обмолвилась о Тае. Ну… Как вариант, нашёл бы тебя там и… – брови Павла задорно двинулись вверх, а его взгляд соскользнул к пухлым губам, – …и наладил бы контакт…

Юля шагнула к нему вплотную и провела ладонью по небритой щеке, пристально всматриваясь в глаза человека, который ещё накануне был её телохранителем. А теперь, словно по мановению волшебной палочки, он оказался мужчиной, рядом с которым ей хотелось находиться круглосуточно. Обнимать, целовать, единолично вдыхать его запах, быть той единственной, на кого он так по-собственнически заботливо смотрит.