Книга Афера, страница 79 – Кристина Лин

Сердце громко стучит в висках, а во рту пересохло. И сейчас я пытаюсь успокоиться и не дать себе сорваться. Чтобы я не чувствовала, и как бы он не был хорош, мне нельзя возвращаться к нему больше.

Отдышавшись, скидываю с себя мокрый купальник, заворачиваюсь в махровый халат. С замиранием сердца, напряженно, жду его шагов за дверью. Но проходит пять минут, десять, час, а его все нет. Успокаиваюсь и забираюсь в постель. Незаметно для себя я погружаюсь в сон.

В комнате с вулканом и бассейном темно. Только яркое освещение подсветки воды бьет в глаза, а еще взрывающийся вулкан горит красно-желтым пламенем где-то вдалеке. Спокойная гладь бирюзовой воды так контрастирует с разрушительной лавой, которая уже сбегает вниз, в долину, где, наверное, кто-то живет. Но меня это не беспокоит, как не беспокоит грохот и вибрация, которые сотрясают землю.

Медленно погружаюсь в воду с головой, а потом выпрыгиваю и плыву, рассекая воду руками. Спокойная идиллия на фоне катастрофы. Когда замечаю рядом с собой движение, останавливаюсь и пытаюсь рассмотреть, кто там. Но никого не вижу. Зато почти в то же мгновение крепкие руки обнимают меня сзади, окутывая привычным теплом и нежностью.

Хочется раствориться в его объятиях, забыть обо всем, и не слышать этого грохота вокруг. От вулкана отлетают раскаленные частицы и с шипением падают в воду рядом с нами. А мы стоит на том же месте, нам хорошо и не хочется уходить.

— Ты моя, — слышу его голос у самого уха.

Открываю глаза и в лунном свете вижу Гордеева, который стоит возле кровати и смотрит на меня сверху вниз. Его лицо мне почти не видно, но я вижу, как он напряжен и как сдерживает себя.

Что это? Злость? Ярость? Досада?

Я не знаю. Затаив дыхание, жду, что будет дальше.

Чуть качнувшись, он делает шаг назад, обходит кровать. А потом забирается под одеяло, придвигаясь ко мне совсем близко. Обнимает за талию, прижимаясь ко мне всем телом. Я вздрагивая, пытаясь вырваться, но он только крепче прижимает меня к себе.

— Не трону. Спи. — Говорит он хрипло.

Зарывается лицом в мои волосы, шумно вдыхает. И совсем скоро я успокаиваюсь и засыпаю.

На следующий день мы прилетели в Питер. Гордеев отправился на какую-то важную встречу. А я осталась в гостиничном номере. К слову, нам достался тот же самый номер, в котором мы ночевали в прошлый приезд сюда. Видимо, и тут у Гордеева есть свои любимчики.

После завтрака ко мне в номер постучался стилист. Три часа он колдовал над моей внешностью. Я терпеливо все вытерпела, уже почти перестав удивляться тому, что нужные люди появлялись, как по волшебству в самый подходящий момент. Но, когда стилист достал из чехла вечернее платье, я ахнула.

Расшитый бисером корсет сверкает в свете люстры, короткие рукава спадают с плеч мягким шелком, а тяжелая длинная юбка в пол струится мягким облаком по ногам. Платье село идеально, обхватило талию, делая еще более тонкой. Открытые плечи делали меня какой-то обнаженной и закрытой одновременно. А в сочетании с макияжем, ярко выделяющим глаза, весь образ выглядит невероятно-сказочным.

— Вау! — не удержалась от комментария, стоя перед зеркалом.

— Благодарю, — воспринял это на свой счет стилист.

Неужели я могу так выглядеть? Нет, конечно, я знаю, что красива, но, чтобы настолько!