Книга Король моей школы, страница 114 – Лисса Джонс

— Ты... — я задыхаюсь, — ты правда вывозишь игру один!

Он на секунду останавливается передо мной, его потные волосы падают на лоб.

— Неправда. — Его пальцы ненадолго сжимают моё запястье. — Мы команда.

Дети негодуют, жалуются на высокие корзины и разницу в росте, но в их взглядах читается восхищение и влюбленность в тренера. А Фил носится по площадке как ураган. И когда в следующей атаке я наконец решаюсь сделать бросок сама, — мяч, конечно, даже не долетает до кольца, — Фил подхватывает снаряд в прыжке и легко забрасывает в корзину.

— Семь-ноль!

Мальчишки валятся на пол в изнеможении, а я понимаю — он не просто играл. Он дарил мне этот момент. Ощущение, что мы на одной стороне.

* * *

Узкая скамейка. Под лопатками — бетон стены. От его веса ноги немного затекают, но не шевелюсь. Он как дикий котенок, которого удалось приручить.

Пальцами медленно перебираю пряди влажных волос. Касаюсь висков. Фил издает звук — нечто среднее между кошачьим мурлыканьем и усталым стоном. Его веки дрожат, но не открываются.

Выглядит измотанным. Не просто уставшим после тренировки, а выгоревшим. Будто долгие месяцы бежал марафон на пределе сил, и только сейчас позволил себе остановиться.

Темные круги под глазами. Веснушки у крыльев носа. Микроскопический белесый след от шрама над левой бровью.

Скамейка скрипит под его весом, когда Фил ворочается, пытаясь улечься. Поворачивается набок. Одна рука обвивает мою поясницу, другая ложится на ногу. Кончик носа утыкается в живот.

Дыхание обжигает кожу даже сквозь плотную ткань гимназистской рубашки и юбки. Мышцы непроизвольно сжимаются: замираю, чувствуя, как его губы шевелятся, прижатые к моему телу. Случайный поцелуй, которого он даже не осознает.

— Я облажался с «Легионом». Так мечтал о них, и так… — почти неразборчиво бубнит в рубашку, прижимаясь лбом еще ближе. — Не знаю, что делать.

— Расскажи с самого начала, — шепчу, все ещё перебирая его волосы одной рукой. Обнимая за плечо другой. Не даю упасть с узких досок скамьи.

— Лето помнишь? Лагерь…

— Да.

— Я там с ума сходил без баскета. Пару раз ребята приезжали. Мы сыграли. Начальник смены заметил. Пригласил сюда. — Короткий смешок опаляет живот. Его пальцы на пояснице рисуют непонятные узоры. — У них тут жесткий недобор. Никто не хочет кататься в ПГТ ради копеек и два десятка пацанов из ближайших поселков.

Пауза. Где-то за окном слышны детские голоса.

— Я как-то… Тоже сначала не захотел. Одиннадцатый класс, все дела. Тут еще и в «Легион» попал. А потом тренировки начались. Но все по-другому… Юсупов больше на учебе сосредоточен. У Макса вообще… Не знаю, как сказать.

— Скажи, как есть.

— Цензурно? У Макса жесть. Еще появились десятиклассники, которые… Ну, знаешь, мы втроем пришли в команду сопляками, когда «Касатки» и до четверти финала кубка школ не доходили. А эти попали сразу в звездную команду. Они не играть пришли… Им просто по кайфу быть в теме. Мы неплохо отыграли осень и зиму. Вышли в финал, только потому, что я и Глеб уже переросли школьные соревнования.

— А Глеб… он… — осторожно спрашиваю, — тоже пришел давно, да?

— Не. Глеб играет с того года. До этого говорил, что школьные команды не его уровень. Но это реально не его уровень. Он хороший защитник. Черт, я вообще не туда ушел с рассказом… Да. «Касатки», короче, стали меняться. Хренова туча пафоса… Про гимназию, кстати, осенью снимали сюжет для телека. Нас как обезьян на выставке продавали…