Книга Бывший муж, страница 9 – Ольга Рузанова

— Маша… — чувствую прикосновение к плечу и шарахаюсь, как от высоковольтного разряда тока.

— Скажи, что это неправда, Руслан!!! — кричу хрипло, — скажи!.. Скажи, Руслан!!!

— Мать твою… Маша, успокойся!.. — хватает ладонь, тянет на себя, а у меня ноги не слушаются. Я буквально повисаю в его руках.

— Скажи… скажи, умоляю…

Он фиксирует мое тело. Одной рукой прижимает спину, другой, удерживая затылок, впечатывает лицом в свое плечо.

— Скажи… — прошу беззвучно.

— Ты — моя семья, Маша. Все остальное работа. Прости. Клянусь, этого больше не повторится. Слышишь?.. Ты должна простить…

Каждое слово, как капля кислоты. Я не знаю, что осталось во мне живого, но с каждым мгновением становится больнее. Я не выдержу, это предел.

— Что ты наделал, Руслан… — шепчу еле слышно.

— Маша… без глупостей, ладно? Я все исправлю…

— Что ты наделал…

В этот момент его, валяющийся где-то у порога, телефон оживает входящим звонком. Он не шевелится, только вжимает меня в себя крепче.

— Все будет хорошо, девочка. Я горы ради тебя сверну, Луну с неба достану. Хочешь?.. Мы поедем на море… Мальдивы… Ты хотела, помнишь?.. Я куплю тебе самое крутое рекламное агентство, Маша… Я уже все придумал. К концу года куплю.

Замолчавший было телефон, снова звонит, а я впервые в жизни этому рада.

— Маша… у меня самолет… Мне нужно лететь.

— Лети.

— Пообещай мне, что ты дождешься меня здесь… Я вернусь, и мы все хорошо обсудим… Трагедии не случилось, милая. Все поправимо.

— Самолет, Руслан… ты опоздаешь.

Телефон звонит в третий раз. Грязно ругнувшись, Руслан отпускает меня и поднимает его, чтобы принять вызов.

— Да… — голос резкий, отрывистый, — помню… через десять минут выезжаем.

Отбивается и поворачивается ко мне. Я смотрю в пол, на мыски своих домашних тапок.

— На работу не ходи сегодня. Побудь дома.

Идет на меня, останавливается впритык и, оперевшись рукой в стену над моей головой, склоняется.

— Маша… признаю, что поступил, как урод. Виноват перед тобой. Отвечу. Но… не отпущу.

Онемевший во рту язык не шевелится. Кожу от близости его дерет, и дышать все сложнее.

— Все хорошо у нас будет, слышишь? — подцепив двумя пальцами подбородок, заставляет смотреть в лицо, а я не могу. Зажмуриваюсь, — я люблю только тебя.

Чувствую, как целует. Губы, щеки, лоб. Сам еще не понимает, что прощается.

Оставив меня стоять у стены, быстро одевается, берет сумку, портфель с документами, параллельно грубо с кем-то говорит по телефону.

А я стою, как у эшафота. Молю Небеса, чтобы казнь скорее закончилась.

— Маш… — обращается перед самым выходом, — телефон не отключай, пожалуйста.

Потом хлопок двери, и звенящая тишина.

Руслан.

Простит.

Поплачет, переболеет и простит. Потому что любит. Потому что друг без друга мы никто.

Держусь отчаянно за эту мысль. По-другому никак. Если уйдет — все потеряет свой смысл.

Набираю ее номер снова. Ожидаемо не отвечает.

— Миша, — обращаюсь к водителю, — у меня просьба к тебе будет.

— Слушаю, Руслан Андреевич.

— За Марией присмотреть надо будет, пока меня нет.

— Проследить, куда ходит? — сощуривает глаза.

— Нет… другое. Она дома осталась, немного… эмм… расстроена. Мне надо, чтобы ты ее… скажем, навестил пару раз.

— Хорошо, понял.

— Посмотрел, все ли у нее в порядке, как выглядит…