Книга Невозможный босс. Беременна от бывшего мужа, страница 83 – Саяна Горская

Слова застревают комом в горле.

Это так важно и так нужно, но я не знаю, как сложить три простых слова в одно предложение.

Тамерлан идёт к двери.

Я не должна отпускать. Не сейчас!

Нужно хоть что-то сказать. Хотя бы какую-то глупость!

Давай же, Яся, ты ведь сильна в глупостях!

— Тамерлан!

Оборачивается.

Соображай, голова… Ищи повод, предлог, что угодно!

— Какие планы на Новогоднюю ночь?

— А есть предложения?

Как школьница, переминаюсь с пятки на носок.

— Ну, ты мог бы… Если ты не слишком занят… Ты мог бы… Мы могли бы…

— Я посмотрю, что можно сделать, – неопределённо кивает и выходит.

Это да?

Это нет?

Господи, дай мне уже определённости!

Ярослава.

Диван скрипит подо мной, когда я переворачиваюсь со спины на бок.

Щёлкаю пультом, перебирая каналы.

Яркие поздравления, салюты, лица ведущих с натянутыми улыбками. Очередное новогоднее шоу.

Щёлк.

Рождественская мелодрама.

Щёлк.

Снова музыкальное шоу.

Щёлк.

Телевизор начинает раздражать.

Кладу пульт на пол и утыкаюсь в диванную подушечку лицом.

Где-то далеко за окном хлопает петарда, слышится визг детей. На улице праздник. У всей страны праздник.

А у меня… Уныние.

Перевожу взгляд на ёлку.

Она всё так и стоит у стены абсолютно голая, только тонкие пушистые иголки отбрасывают тени на стены.

Я не стала наряжать. Думала, он придёт, и мы сделаем это вместе. Посмеёмся, как раньше. Поставим на верхушку звезду, поспорим, ровно ли. Он поправит, авторитетно глядя на меня снизу вверх.

Но он не пришёл.

Конечно, не пришёл, ведь он и не обещал.

А я всё равно ждала.

Смешно. Глупо.

Тянусь к бумажному пакетику с армейскими галетами. Беру одну, откусываю. Она сухая и безвкусная, как картон, но я всё равно жую.

Вкус праздника. М-м-м…

Телефон вибрирует, и я тут же подскакиваю.

Сердце радостно трепещет в груди воробушком, но тут же разочарованно оседает на своё место.

Это Женя.

Беру трубку.

— Яся, с наступающим! – Женя появляется на экране в съехавшем на бок кокошнике. В руке – бокал шампанского. – Ура!

— С наступающим, Жень! – Я натягиваю на лицо что-то вроде улыбки.

— С кем отмечаешь?

— Ты же меня знаешь, я этот ваш Новый год не люблю. Мне и одной прекрасно.

Женя мотает головой.

— Да ну тебя, Ярослава. Приезжай к нам! Тут Лада, Оля, Катюха, все наши. Шумно, весело, музычка! Я в кокошнике, ты видела? Ну разве можно отказать такой красотке?

Смеюсь.

— Правда, Жень, я лучше дома. Мне никуда не хочется. Веселитесь там, а я… Мне нормально.

— Смотри. Если что, моё предложение остаётся в силе. Приезжай в любой момент. Мы тебя любим! Всё, давай. С наступающим!

— И тебя, Женя. Люблю.

Сбрасываю вызов.

Снова утыкаюсь взглядом в ёлку.

С раздражением откусываю галету.

— Что ты на меня так пялишься?

Но ёлка упрямо молчит. Лишь чуть подрагивают с укором зелёные иголочки.

Надо сбежать от этого уныния, скажем, в ванну.

Пузырьки, расслабляющая музыка, ничтожная попытка отгородиться от этой пустоты.

Набираю воду, лениво наблюдая, как поднимается пар.

В дверь звонят.

— Кого ещё принесло? – Ворчу по-стариковски себе под нос, вытирая влажные руки о полотенце.

Открываю.

Мимо меня пробегает что-то маленькое, шустрое.

Не успеваю моргнуть, как оно оказывается в квартире.

— С новым годом! – Выпаливает девчонка лет шести. Из-под разноцветной шапки в стороны торчат рыжие пушистые волосы. – Ты Ярослава? А я Лёля. Или Оля. Или Ольга Максимовна. Я раньше была Ольгой Сергеевной, а потом у меня появился папа Максим и я стала Максимовной.