Книга Просто останься, страница 90 – Юлия Бузакина

— Ладно, давай. Все равно вечер уже испорчен, — согласно кивает Любимов. — Ты за руль сможешь сесть?

— Лучше на твоей машине поедем. У меня еще голова кружится.

— Как скажешь.

Мы переглядываемся. Витя фыркает.

— Ян, это что же получается? Если бы не разрыв помолвки, тебе бы чужого ребенка подсунули?

Я пытаюсь усмехнуться в ответ, но боль в носу напоминает, что лучше этого не делать.

Когда мы с Любимовым показываемся во дворе у тестя, Катя выглядывает из окна кухни. Бледнеет.

— Ян… Что случилось? Кто тебя так?..

Я отмахиваюсь.

— Нормально все, Катюша.

Неловко мне вспоминать, как меня отделали прокурор и его бригада. Стыдно как-то. Вроде все цивилизованные люди, а тут…

— Лучше скажи, отец твой дома?

— Дома, где ему еще быть? С Марком на заднем дворе песочницу чинят. Там песок свежий привезли, теперь замки можно хоть весь день строить.

— Хорошо. Идем, Вить, — увлекаю друга за собой жестом.

Катя выходит из дома, бежит за нами следом.

— Ян, я не понимаю… у тебя фингал под глазом, и переносица повреждена. С кем ты снова сцепился?

— Кать, мне стыдно тебе об этом рассказывать, — уклоняюсь от ее объятий. — Просто поверь, что уже все хорошо. Это было недоразумение.

Марк вместе с дедом возятся в песочнице. И замок построили, и автомагистраль для машинок.

— Папа! — радуется сын. Бросив игрушки, выбирается из песочницы и бежит мне навстречу. Я подхватываю его на руки, целую в лобик.

— Папа, что у тебя с глазом? — пугается сын.

— Я упал, — подмигиваю ему.

Тесть, завидев меня, смешливо фыркает.

— И кто ж тебя так упал?

Я отмахиваюсь.

— Не спрашивайте. Михаил Кириллович, нам нужна ваша помощь.

— Сдачи дать кому-то надо? — смеется он. — У меня в гараже бейсбольная бита имеется. Могу одолжить.

Я отвожу взгляд. Дернул же меня черт идти напролом к прокурору. Слабоумие и отвага, не иначе. Теперь две недели с фингалом под глазом ходить…

— Нет. Сдачи никому давать не надо, мы сами разобрались, — поясняю хмуро. — А еще у меня есть план, как спасти квартиру. Раз матушка моя нас с Катей обманула, то мы сейчас к ней переедем. Я там прописан, а значит, имею право на жилплощадь.

Катя ахает.

— Что? Ян, я к ней не поеду! Лучше давай у меня останемся? Комната же есть, — нервничает она. — Ты ведь мне обещал, что мы не вернемся к прошлому?

Я качаю головой.

— Нет, Катюша. Мы с тобой въедем к моей мамочке. В ближайшие час-два будем у нее со всем нашим скрабом. Это мой план. Давайте уже доведем ее до ручки. Отказать мне она не имеет права, я прописан в ее доме.

— А что? План не плохой, — оживляется тесть. — Еще и чайку у нее на кухне попьем всей компанией.

— И не только чайку, — улыбается Любимов. — Можем шашлык в ее саду с розами на мангале пожарить.

— Устроим вечеринку?

— Конечно. Надо же отметить твое вступление в должность? Звони всем, приглашай к матушке. Шашлык и напитки обеспечу в течение часа.

Михаил Кириллович потирает руки.

— Ух, люблю я вечеринки! Давайте, ребята, за дело.

— А если она вас не пустит? — не отступает Катя.

— Так мы ворота с петель снимем, у меня гаечный ключ и перфоратор имеются, — успокаивает ее отец.

Я не могу сдержать улыбку. Меня накрывает азарт. Даже дискомфорт от побоев отступает на фоне нового решения.

Катя хмурится.

— Ян, я против.

Я мягко ее обнимаю.