Книга Хирургия чувств, страница 37 – Елена Рус

Остаток смены прошёл как в тумане. Я выполняла свои обязанности, отвечала на вопросы, давала указания, но где-то глубоко внутри жила другая я, та, что улыбалась, едва сдерживая эту улыбку, та, что ловила себя на мыслях о завтрашнем вечере.

Когда смена наконец закончилась, я вышла из больницы и глубоко вдохнула утренний воздух. Он был прохладным, свежим, и в нём будто таилось обещание чего-то нового.

Сев в машину, я на мгновение замерла, положив ладони на руль. Усталость чувствовалась каждой клеточкой тела, долгая смена, сотни решений, десятки пациентов, чьи судьбы так или иначе проходили через мои руки. Но вместе с тем внутри разливалась такая тёплая, почти забытая эйфория, словно где-то глубоко внутри распустился цветок, который годами был сжат ледяными тисками осторожности.

Я невольно улыбнулась. Пальцы слегка подрагивали, когда я завела двигатель, но теперь это было не от волнения, а от какого-то лёгкого, трепетного предвкушения.

"Позвони мне завтра" — снова прозвучали в голове мои слова. На этот раз они не вызывали паники, не заставляли искать пути к отступлению. Напротив, в них было обещание чего-то нового, чего-то настоящего.

Я выехала с больничной парковки и город поплыл за окном, окна витрин, фары встречных машин, силуэты прохожих. Всё казалось каким-то другим, ярче, живее, полнее смысла. Раньше я видела только маршрут, больница, дом, работа, сон, обязанности, усталость. А сейчас будто включился дополнительный слой реальности, где есть место не только долгу, но и чувствам, мечтам, надежде.

Рука сама потянулась к телефону. Пальцы замерли над экраном, так и не решилась написать первой. Нет, пусть будет так, как я сказала:

"Я позвоню ему. А сейчас нужно хоть немного поспать?!"

Дорога домой обычно занимала двадцать минут, но сегодня будто растянулась в маленькое путешествие. Я приоткрыла окно, и прохладный утренний воздух ворвался в салон, освежая лицо, прогоняя остатки усталости. Вдохнула глубже и снова это ощущение, обещание. Не громкое, не кричащее, а тихое, как шёпот ветра, но оттого не менее настоящее.

Паркуясь у дома, я поймала себя на мысли, что впервые за долгое время, мне хотелось продлить состояние лёгкости, ожидания, какой-то детской веры в чудо.

Выключая двигатель, тихо произнесла вслух, почти шёпотом:

— Вечером… вечером, я снова его увижу!

И в этом коротком предложении уместилось столько, сколько не вмещали годы молчания и осторожности.

Захлопнув дверцу машины, я пошла к подъезду, а в душе всё ещё пела та самая мелодия, робкая, счастливая, давно забытая. И даже шаги по асфальту звучали по-другому, легче, увереннее, будто я наконец-то шла не от чего-то, а к чему-то. К себе новой. К жизни, в которой есть место не только работе, но и любви.

Утро следующего дня, когда я приехал в офис своей клиники, было суетным. Хлопали двери, звенели телефоны, сотрудники спешили по коридорам, привычная рабочая карусель.

Я навестил палату, где лежал Артём, он выглядел намного лучше и операция всё-таки дала свои результаты. Конечно курс лечения будет ещё долгим, но самое страшное позади и мальчишка снова будет жить полноценной жизнью.

Я думал что Аня всё таки уволиться после того, как мы всё решили, но она оказалась умнее. И мне не пришлось вновь искать секретаря. Мы разговаривали только по работе, отчёты, графики, встречи. В чём, в чём, а в своей работе моего помощника, она была на своём месте, собранная, чёткая, профессиональная.