Книга Запретная близость, страница 43 – Айя Субботина

— Делай как хочешь, — бросает он.

Он отходит к окну и переключается на начавший звонить телефон, демонстративно выключаясь из разговора.

— Слышала? — Надя на мгновение обиженно поджимает губы, но тут же снова поворачивается ко мне, сияя. — Делаем красиво!

Она преображается рядом с мужем — глаза начинают лихорадочно блестеть, рука то и дело поправляет волосы. Ведет себя, как будто не шесть лет замужем, а только что влюбилась.

Боже, меня сейчас стошнит.

Следующие десять минут превращаются в пытку. Я хожу по комнате, отвечаю на вопросы бригады, показываю на плане, где и что должно быть, отвоевываю симметрию, напоминаю про теплый свет, который не будет ярким, и это тоже нужно учитывать. Мое тело двигается механически, рот произносит правильные слова, а меня здесь как будто нет.

Но даже моя пустая оболочка все равно чувствует его присутствие — Руслан стоит там же, у окна, делает вид, что что-то набирает в телефоне, но смотрит на меня. Его взгляд ощущается, как сверло в спину, туда, между лопатками. И мне даже хочется, чтобы он надавил сильнее, пробил во мне дыру и увидел, что внутри только чернота.

Надя что-то у него спрашивает, не оборачиваясь.

Он отвечает, ни на миг не отводя от меня взгляд.

Представляю, что это мой Сергей вот так же пялился на чужую женщину — и не выдерживаю.

— Мне… нужно проверить кое-что снаружи, — говорю я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Разметку под фасадное освещение.

— Ой, а мы? — растерянно спрашивает Надя.

— Вы пока решите по розеткам на мансарде, — бросаю первое, что приходит в голову, и, не дожидаясь ответа, бегу к лестнице.

Чтобы не задохнуться, мне нужен весь воздух этой Вселенной.

Вылетаю на улицу. Весенний прохладный и влажный воздух, бьет в лицо, но не приносит облегчения. Добегаю до угла дома, туда, где меня не видно из окон, и прислоняюсь спиной к холодной, шершавой стене.

Спокойно. Дыши. Дыши, Сола.

Закрываю глаза, но «святая троица» все равно здесь: муж моей подруги, партнер моего мужа, мой любовник. У них у всех одно лицо.

Руки дрожат от воспоминаний о том, как сегодня утром я гладила ими спину Сергея — и как ими же впивалась в плечи Руслана в ту ночь.

— Сола?! — слышу громкий окрик Нади, и мысленно готовлюсь снова натянуть маску профессионала. То, что от нее осталось. — Рус отвезет меня в город, так что можешь быть свободна сегодня!

Я выдыхаю с облегчением и машу ей рукой, но даже этот жест кажется фальшивым, сдающим мой поступок с потрохами.

Как доезжаю до дома и паркуюсь — помню с трудом.

И как потом сажусь в лифт, открываю дверь — тоже.

Двигаюсь как сомнамбула.

Готовлю ужин — тефтели из красного риса и индюшатины, в сливочно-базиликовой подливе. Сергей их обожает, а меня от этого пряного запаха подташнивает. В последнее время это начало случаться все чаще, но месячные были на прошлой неделе, и я на всякий случай сделала тест на беременность, помня, что секс в машине был без защиты.

Причина моего внезапно ставшего слабым желудка — залет, но не классический, а тот, который по всем фронтам.

Сергей возвращается с работы уставший, но довольный. Рассказывает о каком-то новом проекте, в котором у него дело, наконец, сдвинулось с мертвой точки. Увлеченно пересказывает то, во что я впервые в жизни даже не пытаюсь вникнуть, а просто поддакиваю, делая вид, что все понимаю.