Книга Запретная близость, страница 85 – Айя Субботина

То, что я собираюсь сделать — станет не просто воспоминанием в моей голове. Я собираюсь зафиксировать то, что происходит между мной и Русланом, печатью цифровой памяти. Если муж когда-то снова возьмет в руки мой телефон…

Страх не останавливает, он подстегивает, разгоняя бьющий в голову, как шампанское, адреналин.

Включаю фронтальную камеру, поднимаю телефон на вытянутой руке

Вижу на экране себя — мокрую, порочную, чистую снаружи и «грязную» внутри.

Я делала такие фото для Сергея, когда он уезжал в командировки. Ну, не совсем такие — обычно просто что-то игриво дразнящее, всегда полуприкрытое чем-то. Боялась выглядеть слишком пошлой. Тотально голой я фотографируюсь впервые.

И впервые мой взгляд в камеру наполнен мольбой и желанием.

Написанным без слов: «Мне нужен твой член, сейчас».

Рука дрожит. Стыд заставляет опустить ее ниже, «отрезать» взгляд верхней рамкой. Кадр захватывает грудь, твердые соски, живот, гладкий от регулярных сеансов лазерной эпиляции лобок.

Щелк.

Я смотрю на получившееся фото.

Оно немного размытое из-за пара и воды, но все равно до неприличия откровенное. На нем нет лица — только губы и подбородок — зато есть мое тело, которое десять лет принадлежало только моему мужу. Теперь я предлагаю его другому мужчине.

«Отправить?» — спрашивает интерфейс.

«Да», — отвечает мой внутренний демон.

Палец касается экрана.

Отправлено.

Я убираю телефон на край раковины, снова забираюсь под душ, даю воде падать на меня без остановки. Сердце колотится где-то в горле, мешая дышать.

Руслан прочитал?

Что он обо мне думает?

Голых селфи он не просил — это была моя дурная инициатива. Наказуемая?

Какой-то части меня даже хочется, чтобы после этой выходки он повесил на меня ярлык грязной испорченной женщины и сам прервал нашу начавшую крепнуть связь. Сама я просто… не могу. Сама я способна разве что орать ему через голую фотку: «Я думаю о тебе, хотя не имею на это права!»

Вибрацию телефона слышу даже сквозь шум воды.

Нарочно не беру — наношу на мочалку безразмерную порцию жидкого мыла и намыливаю себя долго-долго, потом смываю — и повторяю снова, пока кожа не начинает скрипеть под пальцами.

Выхожу, заворачиваю волосы в полотенце и сажусь на край раковины — как есть, голой. Пальцы дрожат, когда разворачиваю сообщения Руслана — их несколько.

+… … 9892: У меня сейчас штаны треснут, Сола.

+… … 9892: Реально хуй болит.

+… … 9892: Ты там одна, блядь?!

Я сначала счастливо улыбаюсь, как девчонка, которой сделали самый лучший в мире комплимент, потом немного закатываю глаза — он ревнует. Думает, что я могу делать такие фотки в присутствии мужа?

Я: Одна. Сбежала в ванную от разговоров о рассаде.

Он отвечает мгновенно — как будто все это время сидел с телефоном в руке.

+… … 9892: Никто не зайдет? Ты заперлась?

Я: Да.

+… … 9892: Еще хочу.

Ловлю себя на мысли, что этот приказ не вызывает у меня отторжения.

Только острое любопытство — куда еще я готова шагнуть ради него? Ради еще одной СМС-ки с пошлым признанием?

Упираю телефон в край раковины, включаю видео и отхожу дальше, насколько позволяет небольшое пространство. Опираюсь бедрами на край стиральной машинки, развожу ноги. Кладу пальцы на половые губы, делаю несколько скользящих движений, представляю, что в эту минуту он смотрит — и кусаю губу, проглатывая стон. Я не собиралась мастурбировать для него от и до, я даже не собиралась что-то чувствовать, но даже за кадром моей жизни, Руслан умудряется безраздельно подчинять меня себе.