Книга Эффект дикого зверя, страница 79 – Лэйн Аконит

— Меня сейчас вырвет, — комментирует Лиса и, судя по голосу, она действительно на грани. Ада ощущает, что и сама еле сдерживается. Прошло слишком мало времени для того, чтобы труп начал разлагаться и источать зловонье, но мозг девушки творит удивительное, заставляя поверить, что на палубе стоит тошнотворно-сладковатый запах мёртвой плоти.

Заметив позеленевшее лицо своей союзницы, Волк обхватывает её за талию, уводя подальше от тела, но не так далеко, чтобы потерять её из виду.

— Лучше не подходи, — шепчет он, ласково убирая прилипшую с ее лица прилипшую прядку волос.

Она сдавленно кивает, из-под ресниц взглянув на Волка. Как он только способен оставаться настолько спокойным?

— Все, кому плохо, лучше тоже отойдите, — распоряжается парень, оборачиваясь к остальным. И вот к Аде присоединяются другие, а рядом с телом остаются лишь Змея, Рысь, Волк и Лев. Девушка внимательно прислушивается к их разговорам, пытаясь игнорировать неумолкающего Лебедя.

Волк первым склоняется над трупом, внимательно осматривая его с ног до головы, пытаясь отыскать улики помимо разбитой бутылки и проломленного черепа.

— Решил от себя подозрения отвести? — комментирует Баран.

Волк закатывает глаза, снисходительно покачивая головой.

— Хотите сами осмотреть? Прошу. Вы, должно быть, профессионал. Или только болтать умеете?

— А реально, Волк, ты сам на профессионала похож, — как всегда врывается в диалог Лебедь. — Ты следователем был или что-то типа того?

Волк хмыкает себе под нос, при этом меж его бровей пролегает морщинка, словно вопрос ему не нравится, вызывает неприятные воспоминания.

— Да, что-то типа того, — только и отвечает парень и принимается дальше осматривать труп. В его глазах появляется неизвестного рода блеск, когда он осматривает запястья. Подняв голову, он обращается по большей части к Змее и Рыси, чем ко Льву.

— Смотрите.

— Что там, что там? — в нетерпении подпрыгивает Лебедь. Ада легко заряжает ему тыльной стороной руки по животу в попытке усмирить. Парень, ойкнув, хватается за живот и с обидой косится на девушку, но все же замолкает.

Рысь внимательно осматривает запястья и с одобрением кивает.

— Сначала я подумала, что его ударили со спины по голове, но, похоже, тут все же была потасовка. Хотя, сложно определить, где тут свежие раны, а где те, что оставил ему ты.

Волк пожимает плечами.

— Могу гарантировать, что не царапал его.

— Днём или ночью? — продолжает провоцировать Баран.

Аду охватывает раздражение и злость. Сквозь сжатые зубы она цедит, смотря прямо в его надменные глаза.

— Ты когда-нибудь заткнешься? Надеюсь, если мы не сможем вычислить убийцу, то в следующий раз он придёт за тобой.

Ада делает шаг вперёд, заставляя опешевшего мужчину отступить назад.

— Ты тут самый бесполезный, но продолжаешь что-то вякать. Тебя так бесит собственная никчемность или что с тобой не так? Может, нам стоит прямо сейчас скинуть тебя за борт, потому что, если честно, я не вижу никакой причины, почему мы вообще должны тебя оставить.

Ада делает ещё шаг. Разъярённая, потерявшая контроль. Её ноздри раздуваются от гнева, а руки сжимаются от напряжения в кулаки, ногти впиваются в мягкую кожу ладоней, вызывая болезненные ощущения, но она не обращает на это внимания. В этой тревожной, переживающей за каждое свое действие девушке словно просыпается дикий зверь, готовый рвать и кусать каждого неугодного.