Книга Эффект дикого зверя, страница 96 – Лэйн Аконит

Девушка уходит в свою комнату, расправившись с обедом, но перед этим косится в сторону Лебедя, его поведение переходит границы адекватности и оставлять его в таком состоянии наедине с собой страшно. Или вдруг кто-то использует его беспечность и нанесет удар, например, Лев. Но уходить парень ни в какую не соглашается, более того, он наливает себе выпивку, всем видом показывая, что ему итак отлично. Пусть так, но Ада вряд ли это вынесет.

Волк собирается пойти в свою комнату, но девушка довольно прытко хватает его за запястье и затягивает в свою каюту. Парень слегка удивляется, но против ничего не имеет. Ада не может сказать ему, что боится остаться одной, особенно в таком шуме, когда просто невозможно услышать, когда кто-то зайдёт в комнату. Она бы даже не услышала, если бы кто-то решил выбивать дверь.

Девушка ложится на кровать и кивает головой в приглашающем движении. Волк озадаченно смотрит на нее, а после садится на самый край кровати. Ада закатывает глаза. Что за джентльмен? Усевшись на колени перед Волком, она толкает его на кровать, заставляя полуприлечь, а затем сама ложится вновь. Взгляд парня изумленный, а Ада в который раз закатывает глаза. Он может сколько угодно смущать её, но когда девушка в ответ начинает вести себя так же, то тут же теряется. Девушка протягивает к нему руки, заткнув уши, чем вызывает милую улыбку. Волк укладывается на бок и тянет свои ладони в ответ. Они лежат в такой странной позе с закрытыми глазами некоторое время, но уснуть никому не удаётся в таких условиях. Ада всё же пытается накрыться подушкой и одеялом, но это способ не особо рабочий, к тому же и неудобный — мешает спокойно дышать.

Вскоре она начинает очень сильно раздражаться и нервно трястись. Это просто невозможно! Скорее бы наступил новый день. Кот ведь прекратит эти пытки? Не могут же они длиться вечно. Появляется дикое желание залезть к себе в голову и сжать мозг в руках, чтобы отключиться.

Волк замечает её состояние и мягко поворачивает голову Ады, обращая внимание на себя.

"Попробуй отвлечься", — с трудом разбирает слова девушка.

"Как?" — в отчаянии спрашивает она.

"Подумай. О чем-нибудь."

Ада невесело усмехается. Подумать? Да в голове мелькают только строчки это сраной песни.

"Попробуй" — настойчиво говорит Волк, и Ада в который раз удивляется его выдержке. Его что вообще ничем не пронять? Или в его голове бетонной стеной защищают разум какие-то мысли? Интересно, о чем он может думать? Потому что Аде в голову приходит лишь одно, то, что она пытается отгонять, потому что боится. Боится привязаться ещё сильнее. Но о чем она может думать, когда напротив неё лежит парень, который каждый раз волнует её сердце своей улыбкой, своими касаниями. Ей, несомненно, хочется большего, чем есть сейчас. Этого недостаточно. Особенно, когда в воспоминаниях мелькают образы его обнаженного тела, а дальше мозг уже сам принимается вырисовывать продолжение.

Ада переводит взгляд на Волка, изучая каждую черточку на его лице. Его полуприкрытые веки с длинными, густыми ресницами, острая линия челюсти, заточенная, как нож убийцы, гладкая кожа всего с одной родинкой под правым глазом, что можно было увидеть лишь при детальном рассмотрении, на щеках жаркий бледно-розовый румянец, а губы, такие манящие и близкие, слегка приоткрыты, словно в ожидании прикосновения. Сердце Ады бешено колотится в груди от страха и желания. Она натыкается на взгляд его янтарных глаз — томный и тягучий, как мед — и нервно облизывает пересохшие губы.