Книга Отец моего парня. Я тебя хочу!, страница 32 – Tommy Glub

Они, на мою радость, не закрываются в кабинете. Алина как-то слишком быстро выходит из кабинета и почти сразу за ней Шахов. Он видит меня, но не стесняется в выражениях:

— Ещё раз я услышу нечто подобное, вылетишь отсюда быстрее, чем договоришь своё предложение, — Злой Шахов — страшно. Но сейчас, конкретно сейчас, я довольна. И ревность, что ещё секунду назад билась больно в грудную клетку, успокаивается глубоко в душе.

Он уходит в кабинет, а Алина переводит испуганный взгляд на меня. И резко этот взгляд меняется.

— Что смотришь? Думала, ты одна хочешь тут с ним поужинать? — выплёвывает она. Я вздрагиваю, встаю со стула, опираясь на стол ладонями. Тело немного тряхануло нервно, но я выдерживаю это.

— Что? — шепчу я.

— Что-что… Не прикидывайся глупой овечкой, — фыркнула Алина. Надо же, как меняются девушки, стоит им отказать. Я думала, что мы с ней почти подружились, как и с остальными девочками. — И не мечтай о нём. Если он сводил тебя на второй день поужинать, это ничего не значит! Вот разобьёшься точно так же, когда начнёшь предлагать ему… Хоть что-то ещё. Ненормальная глыба льда!

— Что ты несёшь? О каком ужине ты говоришь? — я сразу вспомнила тот ужин и тот первый… Первый наш опыт в практиках. Самый приятный с моей точки зрения. И самый не жёсткий.

— Моя подруга работает в его любимом “Ренессансе”. Так что вы там ужинали. Но, кажется, больше всё. На этом всё. Вот и больше никому из нас ничего не светит. Ему нужны только высококачественные шкуры!

Кажется, сперва она злилась на всех, когда только вылетела из кабинета. Но теперь она определила свою цель ненависти и, кажется, решила выплестнуть всё, что было внутри неё всё это время.

— Алина! — из кабинета вылетает ещё злее шеф. Он метает молнии своими синими глазами. А я оседаю на стул. С одной стороны, хорошо, что мы спалились только тогда. Очень хорошо. С другой… Кто-то сейчас вылетит.

— Что “Алина”?! — шипит девушка. — Я пять лет пытаюсь с вами просто заговорить! Но вы никого не подпускаете ближе! Вы ставите жёсткие рамки даже обычным уборщицам и не видите, что только из-за вашего подхода к работе и её качества люди готовы терпеть вас. Да, были такие, как я. Такие же секретарши, которые влюблялись в вас и не выдерживали вашего игнора. Вот и я… Попытала удачу. Не вышло. И я убедилась, что вас не растопить ничем!

— Всё сказала? — усмехнулся Сергей. Он резко отошёл. Так же резко, как и вылетел разозлённый. — Теперь больше не влюблена?

— Что? — Алина явно ожидала другой реакции. Я тоже ожидала, что он потребует увольнения.

— Ты права, секретарш было слишком много, Алина. И таких как ты, кто ждал и пытался соблазнить, и других. Если ты не дура и поняла свои ошибки, иди работать.

— Но…

— Пока Александр Львович лично не скажет, что недоволен твоей работой, я не буду настаивать на твоём увольнении. Просто потому, что ты нормально работаешь уже пять лет.

Алина едва ли не челюсть с пола собирает, когда выходит. И я. Перевожу на него взгляд и вижу его улыбку.

— Что ты делаешь сегодня вечером? Едем ко мне.

И уходит.

Не дослушав. Не дождавшись ответа.

Не дав мне сказать, что я сегодня… Не готова.

* * *

До вечера я стараюсь сосредоточиться на работе. Документы, письма, отчёты — всё это отвлекает меня, но лишь в моменте. Стоит отвлечься на какие-то более механические действия — сварить кофе или что-то пойти отдать — и всё. Меня накрывает странными чувствами.