Онлайн книга «Кто чей сталкер?»
|
Потом чувствую. Справа — Арс. Его рука тяжело лежит на моей талии, дыхание щекочет макушку, медленное, глубокое. Слева — Артем. Он спит на боку, лицом ко мне, одна ладонь под щекой, другая переплетена с моими пальцами — и я даже не помню, когда мы так заснули. Я лежу между ними — голая, замерзшая, в коконе из спальников, которые сбились и перекрутились за ночь, — и чувствую себя самым счастливым человеком на этой богом забытой базе. И самым помятым… Все тело ноет — приятно, сладко, с той особенной усталостью, от которой хочется глупо улыбаться в потолок. Губы саднят, на шее наверняка засосы, бедра... лучше не думать про бедра… Арс шевелится первым — я чувствую, как напрягаются мышцы его руки, как дыхание меняется, становится резче и быстрее. Он приподнимается на локте, смотрит на меня сверху вниз, и даже в этом тусклом свете я вижу, как уголок его губ ползет вверх. — Доброе утро, Синичка, — голос хриплый со сна, низкий, и от него что-то внутри меня снова начинает плавиться. — Доброе, — шепчу в ответ, потому что говорить громче не получается — горло сорвано. Он наклоняется, целует меня в лоб — коротко, почти целомудренно, учитывая все, что было ночью, — и выбирается из спальника. Холодный воздух тут же заползает под ткань, и я ежусь, прижимаясь ближе к Артему. — Кофе, — бросает Арс, натягивая джинсы прямо на голое тело. — Не двигайтесь, я принесу. Дверь хлопает за ним, впуская волну реально морозного воздуха, и Артем наконец открывает глаза — медленно, неохотно, и сладко зевая… — Ушел? — спрашивает он, не поднимая головы. — За кофе. — М-м... — он притягивает меня ближе, утыкается носом в мои волосы, и его дыхание теплое, щекотное. — Значит, у нас есть минуты три. Я смеюсь — тихо, сипло. — На что? — Просто полежать вместе… И мы лежим. Молча. Его рука гладит мою спину — медленными, ленивыми кругами, от которых по коже бегут мурашки. За окном светлеет, серый свет становится золотистым, и я слышу, как где-то далеко просыпается база — голоса, смех, звон посуды. — Ника, — Артем говорит негромко, почти задумчиво. — Когда вернемся... Я хочу, чтобы ты знала. Это, — он обводит взглядом убогий домик, спальники на полу, грязное окно, — это был экспромт… Мы в следующий раз отвезем тебя в шикарное место. В следующий раз будет нормально. Горячая вода, кровать, на которой можно спать втроем, не рискуя отморозить задницу… Я поворачиваюсь к нему, смотрю в эти серо-зеленые глаза, еще сонные, мягкие. — Мне нравится, — говорю честно. — Вот это все. Холод, спальники, непонятное дешевое вино… Мне нравится. Он смотрит на меня долго, потом улыбается — той самой улыбкой, от которой у меня всегда подкашиваются колени. — Тебе нравится, потому что ты сумасшедшая. — Может быть… Дверь распахивается — Арс влетает внутрь, в руках три бумажных стаканчика, на плече — чья-то чужая куртка, то ли его, то ли Артема, накинутая поверх голого торса. — Пришлось выторговать у Лехи кофе, — объявляет он, раздавая кофе. — Он сказал, что отдаст только если я признаю, что его бывшая была красивее моей. Пришлось сказать правду, что все мои бывшие ничто. По сравнению с тобой, Синичка, они и правда ничто… Я сажусь, кутаясь в спальник, обхватываю стаканчик обеими руками — горячий, почти обжигающий. Первый глоток — горький, крепкий, с привкусом пережженных зерен и сухого молока из пакетика. Худшего кофе я еще не пила… |