Книга Скрипка. Я не буду второй, страница 65 – Катя Хеппи

Ann

— Ты никуда не свалишь. Я не отпускаю. Потому что ты любишь меня, а я тебя…

Последние слова заглушаются голосом отца, но я отчетливо слышу их.

— Я люблю тебя! — болезненным эхом разлетается по моему телу…

Мое состояние и так можно назвать вменяемым с огромной натяжкой, а признание Дана полностью выбивает меня из мнимого равновесия.

Зачем он так?

Впрочем, ответ очевиден…

Он обещал играть убедительно, вот этим и занимается.

Каждый раз мое сердце вздрагивает и гонится за чем-то несуществующим, когда нам с Пантерой приходится изображать влюбленную пару. Дан не только отличный певец и музыкант, он превосходный актер. Даже я в моменте верю его игре. Но эта иллюзия быстро развеивается, когда софиты гаснут и объективы фотокамер отворачиваются в другую сторону.

Дан не мой…

И пусть я раз за разом кошусь в его сторону, но вижу там не себя, а Лолу… Но все же сама никак не могу подпустить к себе никого другого.

— Когда закончится все с Даном, я смогу…

Но вот что я подразумеваю под этим “все”... Наши фиктивные отношения? Или все-таки свои совсем не гаснущие чувства?

— Дан Чернов. Парень Энн, — по-видимому, отвечает на вопрос отца парень. Собрано, решительно, правдоподобно. Одним словом, профессионально.

Сердце болезненно сжимается до размеров горошины. Но я запрещаю себе реагировать на эту боль.

Переболит… Заживет… Но не забудется. На память останутся уродливые шрамы.

— Вас сюда никто не звал, молодой человек, — тихим, но непреклонным голосом не говорит, а физически давит отец.

— Я позвала! — вступаюсь я, сражаясь со своим страхом.

— Это не твой дом, Анна. Ты не можешь приглашать сюда своих друзей.

— Но это же праздник в честь меня… — сцепляюсь взглядами с отцом, но, как всегда, не выдерживаю этот холод и ненависть. Рефлекторно прижимаюсь к Дану.

— Убери его отсюда… — цедит владелец особняка. Его голос — ледяная сталь, несмотря на внешнее спокойствие. — Или это сделают мои люди.

— Я уйду только с Энн, — вместо меня отвечает Дан. И меня даже немного успокаивает его невозмутимость и безапелляционность. Есть надежда, что он меня не бросит, чтобы не предпринял отец.

— Анна, я не представил тебя еще нескольким важным людям, — не обращая на слова парня никакого внимания, обращается ко мне мужчина.

— Не продемонстрировал товар? — восклицаю я, не понимая, откуда только прорезался голос. Может всему виной рука Дана на моей талии и широкая, крепкая грудь, которую я ощущаю позади себя.

Отец меняется в лице, не способный сдержать злость от моей неожиданной дерзости и наглости. Резко делает шаг ко мне, надвигается, сжав челюсти и кулаки, а я ощутимо напрягаюсь, хоть и понимаю, что он не посмеет при посторонних.

— Энн, потанцуем? Внутри дома очень приятная музыка… — отодвигает меня в сторону Чернов, сдерживая отца, становясь к нему почти вплотную. Ведет плечами, словно разминаясь перед схваткой.

— Пойдем… — словно ахаю я, переглядываюсь с Сеняй, который рванул на выручку боссу.

— Предатель, — так и хочется закричать другу в лицо. — Я ни разу не выдала тебя. Даже, можно сказать, защитили, когда ты побоялся признаться, что я потерялась в лесу.

Сосредотачиваю все свое внимание на охраннике. Сеня значительно габаритнее Дана и с детства занимался смешанными единоборствами, а о бойцовских способностях Пантеры мне совершенно ничего не известно. Он посещает тренажерный зал, как и все “Опасные”, но я намеренно пропускаю эти тренировки.