Книга Игра. P. S, страница 39 – Катя Хеппи

— Вот чтобы не бояться, надо рассказывать о таком, — я отошла от него, уперла руки в бока и показушно надула губы. Я же девочка. Всегда чувствую себя с ним маленькой девочкой. Это круто. — Я злюсь, Дема. Мы договаривались всё-всё рассказывать друг другу. И про невест тоже. Я вот тебе сразу про Гордея сказала.

Я хихикнула. Не могу я играть кокетку. Не умею. Смешно и нелепо это выходит.

— Иди сюда, злюка, — в глазах пляшут чертята, а ладони обхватывают мое лицо. Поцелуй. Меня ждет поцелуй. Страстный, долгий и ответный. Я изучила его. И сейчас могу безошибочно сказать, что мы будем целоваться. Дема хоть и нежен, внимателен, но он всегда оставит последнее слово за собой. В нашем случае ни слово, а поцелуй. И надеюсь, что Дема сможет этим поцелуем поджечь меня. Выбить все сомнения. Доказать мне самой, что я хочу его как мужчину. Хочу быть его во всех смыслах. Я должна это сделать. Чтобы вздохнуть полной грудью и с уверенностью сказать: «Я девушка Демьяна Ветрова». Настоящая. Ни кому-то назло или из мести. А потому что я так хочу. Хочу быть с ним, хочу спать с ним, хочу …

— Дем, я хочу…

«Тебя».

Я должна была сказать «Я хочу тебя». Потому что это правильно. Так говорят влюбленные. Мы вместе уже почти три месяца. Это достаточный срок, чтобы зайти дальше, чем просто руки под одеждой. Дема не школьник, чтобы играть в украденные поцелуи. И я не такая уж и недотрога. С Ромой я была готова…

Стоп. Никогда не сравнивать их. Не сравнивать наши отношения. Не сравнивать поцелую. Не сравнивать объятия.

Дема и Рома разные. Отношения с Ромой — это всего лишь игра. А с Демой у нас любовь.

— Я хочу тебя, Дикарка. Хочу все. Хочу любить каждую твою клеточку, каждый миллиметр твоей кожи. Хочу чувствовать изгибы твоего тела в своих руках.

Отвожу глаза. Смущаюсь. Никто не говорил мне такого. Ни с кем другим я не заходила так далеко. Я не раздевала ни одного парня. И ни перед кем не была в одном белье.

— Дем, помолчи. Ты смущаешь меня.

— Глупая. Моя. Маленькая. Девочка. — чеканит парень, обжигая шею горячим дыханием и влажными поцелуями. А затем прикусывает мочку уха и шепчет. — Я люблю тебя…

В голове — пустота. В теле — тяжесть. В сердце — боль.

Отстраняю легонька парня, упирая руки ему в грудь. Он спешит. Хочу медленно, спокойно. Хочу узнать его. Потому что мне страшно. Страшно остановиться и страшно двигаться дальше. Я зависла в неопределенности. Чувствую себя где-то между хочу и надо.

— Я хочу тебя себе прямо сейчас, — рычит парень и на последних словах подцепляет мои трусики. Снимает их. — Я не могу больше сдерживаться. Я слишком долго ждал тебя.

Дема привстают и стягивает свои боксеры. А я зажмуриваюсь.

— Дикарка, посмотри на меня.

Зажмуриваюсь еще сильнее. Но ощутив, что Дема сел рядом, что он смотрит на меня, открываю глаза, из которых непроизвольно скатываются слезы.

— Я сделал что-то не так… — голос грубый и растерянный одновременно.

— Мне просто страшно. Я никогда раньше… Ты первый…

— Дикарка, твою мать. Ты девственница? — кричит он.

А когда я легонько киваю, усаживает меня на колени, укутав в одеяло. Я потеряна, но Дема потерян еще больше. Его взгляд бегает по моему лицу. Он ищет там ответ на какой-то вопрос. Но на какой? Я не знаю. Он молчит. Изучает меня, словно видит впервые. Мне становится еще более неловко под напором его голубых глаз, и я прячу голову в одеяло.