Книга Цыганский барон и его пташка, страница 99 – Ника Лор

— Все еще не могу поверить, что ты выходишь замуж за Гырцони. Для меня это до сих пор какой-то сон. Помнишь, как мы с тобой смеялись над его увлечением к тебе в первые дни?

— Помню. Досмеялись. — Я подняла руку, демонстрируя помолвочное кольцо, которое Тагар мне недавно подарил.

— Это точно, — хихикнула Оля.

Я кивнул на её безымянный палец, украшенный ювелирным украшением. В отличие от моего кольца, её было без каких-либо блестящих камней, лишь виднелась небольшая гравировка «Вместе навсегда». Это было очень романтично. Укол ревности вонзился в моё сердце. Я бы тоже хотела от Тагара какие-нибудь нежные проявления чувств, а не дорогущие подарки, как кольцо на моем пальце.

— Женя еще ничего не говорил на счет свадьбы?

— Нет, — тяжело вздохнула Оля. — Сначала у него были проблемы с работой, потом проблемы с Гырцони.

Я виновата опустила глаза.

— Теперь, когда он устроился работать в автомастерскую, на меня у него почти не хватает времени. Но я думаю, что он просто не хочет приходить из-за того, что люди твоего жениха всегда пасутся рядом. Даже обычные прохожие стали обходить нашу улицу тропами.

Если бы подруга не засмеялась, я бы подумала, что она винит меня, но она относилась к этому с юмором.

— Ему нужно время. Думаю, что к лету он все же заговорит с тобой о свадьбе.

— Надеюсь. Ему не хватает мужества. Как твой, вон, сказал-сделал. Женька же будет тянуть до последнего.

— В этом есть плюсы. Ты знаешь, что ожидать от него. А у Тагара лишь черт знает, что голове творится.

Оля издала тихий смешок и сделала глоток чая.

— Жаль, что ты вернешься в город. Я думала, что останешься здесь.

— Мне тяжело здесь будет. Я бывало, что уже смирилась с жизнью в таборе и под одной крышей с Динарой, но слава Богу, Тагар расставил все точки над «i». Всё же мне бы здесь было тяжело.

— Да, цыганские законы бывают жестоки.

Мы с подругой подскочили, услышав раздирающие крики с улицы. Вылетев с кухни, мы столкнулись в прихожей с родителями Оли. Кто-то кричал мое имя. Голос был до боли знаком. Я быстро накинула на себя куртку и выбежала на улицу.

Папа пытался зайти во двор, но Джура не пускал его, отталкивая от калитки. Я побежала к ним.

— Что происходит?

— Я хочу поговорить с дочерью, а этот ублюдок не позволяет, — его речь была мало разборчива из-за большого количества алкоголя в организме.

— Что ты хотел?

Джура бросил на меня недовольный взгляд.

— Всё в порядке.

Мужчина отошел в сторону. Отец неуклюже подошел ко мне. Я скривилась, когда в нос ударил неприятный запах.

— Выручай, дочурка отца. Одолжи пять сотен.

Воздух со свистом вырвался с моих губ. Я скрестила руки на груди, чтобы унять дрожь то ли от холода, то ли от подступающей злости.

— У меня нету.

Это была правда. Вся моя заначка осталась в городе под стопкой тетрадей. Сейчас я жила на деньги Гырцони.

— Ну зачем ты обманываешь отца? Я же не прошу у тебя несусветные богатства.

— Это правда. И я все же обижена на тебя, поэтому уходи от сюда.

— На что? Чем я тебя обидел? — его глаза распахнулись в наигранном шоке.

— Забыл? Ты назвал меня и мою мать шлюхой.

Он потупил глаза. Я заметила, как Джура в стороне напрягся.

— Я не помню этого. Может я тогда был немного выпившим…

— Прямо, как сейчас. — Усмехнулась я. — Тебе нужно лечиться. Давай мы отправим тебя в больницу. Тебе помогут с зависимостью, и ты вернешься к нормальной жизни.