Книга Запретная для авторитета. Ты будешь моей, страница 13 – Мила Младова

Мама, несмотря на нашу мини стычку, выглядела какой-то слишком спокойной. Может, думает, что моя проблема с преследователем решена? Представляю, в каком шоке она будет, когда я им все расскажу.

Тетя Марина, наоборот, вся была на иголках. Наверно это неудивительно. Она-то видела, в каком нервном состоянии я была на работе.

После окончания трапезы мы все расположились в зале. И тогда я рассказала им то же самое, что и Софе, за вычетом, конечно, пикантных подробностей о нас с Германом. Это не для их ушей.

Дядя Дима выглядел очень серьезным.

— Значит, ты хочешь сказать, что мы, может быть, зря думали на Теряева?

— К сожалению, именно это я и хочу сказать. Не поймите меня неправильно, я все еще склоняюсь к нему. То, что Литвинов ошивался в клубе Германа, еще не значит, что именно он мне звонил.

— Но подозрительно, что он туда ходил, — сказала тетя Марина.

Я кивнула.

— Я написала Литвинову сообщение, сказала, что передумала и хочу с ним поговорить.

— Что? — психанул дядя Дима. — Агат, этот пиздюк, возможно, творит всю эту хрень, а ты хочешь поговорить с ним?

— Нет, я не хочу разговаривать с ним. Но мне нужно заманить его на встречу, чтобы Герман мог поговорить с ним, и именно поэтому я предложила Литвинову встретиться в общественном месте. Я не буду упоминать этого, но Герман, конечно же, тоже там появится.

Тетя Марина одобрительно кивнула.

— Если кто и сможет его отпугнуть, так это Герман. Если ответы Литвинова не удовлетворят его, этот мудак получит в бубен — вот такой план.

Коля подозрительно наклонил голову.

— Думаешь, его так легко можно запугать?

Я пожала плечами.

— Может быть. А может, и нет. Но попробовать стоит, — я повернулась к маме, которая еще не произнесла ни слова, и мягко спросила: — Мам, Литвинов еще звонил тебе?

— Нет… он не звонил… — сказала она дрожащим голосом.

Ее ответ удивил меня.

— Он около твоей работы опять шарахался?

Она слегка наморщила лоб.

— Нет. Я его вообще не видела больше. Он оставляет мне голосовые сообщения, уговаривая, чтобы я с ним пообщалась. Недавно даже предлагал мне деньги.

Я поморщилась, подумав, что, вероятно, сама натолкнула его на эту мысль.

— Но не видела я его уже давненько, — она сделала долгий вдох. — Агата, мне было бы гораздо легче, если бы ты переехала ко мне. Тебе нельзя быть одной. Это очень опасно.

— Я не могу, мам. Это может подставить под удар других людей. Так дело не пойдет.

— Мне все равно. Ты моя дочь. Мой долг — защищать тебя.

Тетя Марина положила ладонь маме на плечо.

— Герман не допустит, чтобы с ней что-нибудь случилось, — тетя Марина с беспокойством посмотрела на меня. — Не могу сказать, что он достоин ее, конечно. Я так вообще не думаю. Но я уверена, что у него есть ресурсы, чтобы помочь ей.

— Лучше бы ему поторопиться с помощью, — прорычал дядя Дима.

Я снова повернулась к маме.

— Мам, будь поосторожнее с Литвиновым, ладно? Если он попытается заговорить с тобой, просто продолжай идти и не обращай на него внимания. Позвони мне или тете Марине, если он появится. Хорошо?

— Хорошо, — она кивнула, а потом начала плакать.

— Мам, все наладится, слезами тут не поможешь. Давай лучше проводим всех и уберем со стола.

Наумовы ушли, но я задержалась подольше, как и планировала.

Мама вышла со мной, когда я уже уходила, и сказала: