Книга Запретная для авторитета. Ты будешь моей, страница 83 – Мила Младова

Улыбка Артура была обреченной.

— Она тебе об этом не рассказывала, да?

— Ты мне расскажешь.

— Я... Слушай, в то время я был не в лучшем душевном состоянии. Бабушка только что рассказала, что мама подает на развод и...

— Что ты сделал? — перебил Герман.

Проведя рукой по лицу, Артур глубоко вдохнул.

— Схватил ее за горло и попытался толкнуть к стене.

Теперь уже Герман сидел неестественно спокойно.

— Сколько ей было лет?

— Я не помню, это было давно.

— Сколько ей было лет?

— Ну… пятнадцать? — заикаясь, ответил Артур. — Она в ответ сломала мне нос, если тебе от этого легче.

— Не легче, — огрызнулся Герман, наклоняясь вперед. — Назови мне хоть одну причину, по которой я не должен прибить тебя прямо сейчас.

— У меня ее нет.

— И не может быть. Этот правильный ответ только что спас тебя от побоев, которые ты заслужил. Ты расскажешь мне все, что я хочу знать, Артур. Не выделывайся. Это не в твоих интересах. Итак, что привело тебя к Роману Теряеву?

Артур тяжело вздохнул.

— Один общий знакомый спросил меня, не удалось ли мне найти того, кто раздолбал машину Агаты; он сказал, что не удивится, если это тот странный парень, который приходил к нему несколько месяцев назад и спрашивал о ней. Борис Алексеевич описал его, и я вспомнил что кто-то похожий однажды появился возле ее школы и устроил странную сцену.

— И это описание сразу натолкнуло тебя на мысль о Теряеве? Ты, должно быть, уже знал его имя. Откуда?

— Я слышал, как мой отец говорил о нем с дядей.

Я нахмурилась, не ожидая такого ответа.

— Твои отец и дядя? — повторил Герман, несомненно, удивленный не меньше меня.

— Да, отец искал информацию о нападавшем на Агату.

— Почему? Ведь Марку было наплевать на Агату? — резонно спросил Герман.

Губы Артура искривились в горькой улыбке.

— В том-то и проблема. Ему всегда было не наплевать на нее, — он покачал головой. — Мой отец был слабаком. Он делал все, что его мать говорила ему делать. Присматривать за Агатой было его единственной попыткой бунтовать.

Я чуть не упала со стула от удивления. Подождите, что?

— Но он вообще не участвовал в ее жизни, — заметил Герман.

— Нет, но он хотел. Может, потому что у нее были его глаза. Может, потому что она была его единственным биологическим ребенком. Да, верно, я не его сын, как оказалось. У моей матери был роман на стороне, и я стал его результатом. Я не знал об этом до прошлого года. Бабушка рассказала перед смертью.

У меня открылся рот. Я слышала, как Григорий спрашивал, все ли со мной в порядке, но я могла только оцепенело кивнуть в ответ.

— Наверное, это был настоящий шок — узнать, что все эти годы вы смотрели на Агату свысока за то, что она была плодом интрижки, в то время как на самом деле ты ничем не отличаешься от нее.

Какая ирония.

Артур провел рукой по волосам.

— По словам бабушки, у моих родителей было бесчисленное множество любовников — и ни одному из них не было дела до того, чем занимался другой, пока все это делалось тайной. То, что Екатерина Стрельникова публично заявила, что у них с Марком был роман и что она беременна от него, было против их правил. Моя мать не очень хорошо это перенесла.

— И ты не считаешь, что это было лицемерием со стороны твоей матери, учитывая, что она родила ребенка от другого мужчины и выдала тебя за ребенка Марка?