Книга Измена с молодой. Ты все испортил!, страница 51 – Аника Зарян, Каролина Шевцова

— Девушка, мы за два часа тут точно не управимся.

Миловидная «топ-стилист» Мари — как гласит ее бейджик — накручивает вокруг пальца рыжий локон, то ли выбившийся, то ли намеренно не убранный в высокий пучок.

— А за три?

— За три можно попробовать, но, лучше за четыре. Вы же понимаете, тут смывка, тонировка, стрижка, брашинг, — жонглирует терминами девушка.

— Вы уверены, что справитесь? — уточняю на всякий случай.

— Ффф, конечно! — искусно прячет пружинку локона в волосах на макушке. — Я у самого Дубровского курсы проходила.

Пишу классной руководительнице детей, что сегодня они останутся на продленке, дожидаюсь в ответ краткого «Хорошо!». Ставлю телефон на беззвучный режим и со спокойной совестью занимаю расположенное чуть под углом, крайнее слева кресло в первом попавшемся на пути салоне с многообещающим названием «BESTиЯ». Взгляд задерживается на новогоднем декоре, сиротливо и уже будто даже неуместно свисающем с зеркальной рамки.

— Убрать не успели, — комментирует Мари и запускает пальцы в мои волосы. — Тусклые совсем. Может, фуксию добавим?

— Не в этот раз, — сдержанно улыбаюсь.

Наверное, такая же Мари лет двадцать назад уговорила мою маму на «несколько вишневых прядей».

— Как знаете, — пожимает плечами. — Посидите тут, я средства смешаю и вернусь.

В салоне никого, кроме нас и администратора-невидимки, скрытой от всех за высокой стойкой. Легкая, ненавязчивая музыка, льющаяся из динамиков, действует расслабляюще.

Откидываюсь назад и, пока жду возвращения Мари, решаю полистать сводки новостей в телефоне, но ни на чем не могу сконцентрироваться. Поэтому просто плавно смахиваю вверх ленту, невольно думая о том, как отреагирует мой мастер, узнав, что я решилась на смену образа без нее. Ждать не хотелось, а её плотный график вряд ли бы позволил мне записаться на сегодня. Столько лет она уговаривала меня хотя бы на небольшие эксперименты, но я неизменно выбирала темный каштан. Он нравился Карену и со временем стал нравиться и мне. Или я просто привыкла к отражению в зеркале. И длину сохраняла обязательно на уровне лопаток. Потому что… Потому что Карену нравились длинные волосы.

Морщусь, словно смотрю со стороны на женщину, единственным и главным критерием которой и внешне, и внутренне стало одобрение мужа. Словно это не я подогнала свою жизнь под главный стандарт «Карен одобрит».

А ведь это Я.

И я это сделала добровольно.

И теперь считаю смену цвета волос подвигом.

Бунтом.

Моей «красной помадой».

Отвлекаюсь от неприятных мыслей, когда колокольчик над входной дверью салона звонком встречает нового посетителя.

— Вера! — Эффектная брюнетка с глубоким низким голосом проходит мимо стойки прямо в зал, и тут же за ней материализуется администратор. Брюнетка говорит тихо, но от ее тона бедная девушка вся сжимается.

— Ирина Влад-димировна, — заикается она, — а мы вас позже ж-ждали.

— Судя по тому, что я тут вижу, меня вообще не ждали. — Ирина оценивающе оглядывает помещение и холодно цедит, — почему клиентка одна?

— Ну почему же одна, — обидевшись, хмурится Вера, — я-то здесь?

«У жизни отличное чувство юмора», заметил утром Артём, и сейчас я в очередной раз убеждаюсь в этом, наблюдая за происходящим в большое зеркало напротив. Или Провидение решило подыграть плану мамы. Два в одном — и в салон схожу, и с давней подругой-одногруппницей увижусь. А ведь мы, кажется, лет десять не виделись. С тех пор, как она уехала покорять Москву. Вернулась, значит?