Книга (не) фиктивная жена офицера, страница 48 – Анна Арно

— Не рухнет! — рычу, изо всех сил слезы пытаясь сдержать. — Нас расселить обещали!

— Да, в Красногорске вон тоже. Обещали, — раздражающе стучит ручкой по столу, давая понять, как я ей надоела. — А дом взял и сгорел, — руками разводит. — Внезапно. И люди на улицу пошли. Такую ты судьбу для сестры хочешь? Или завидуешь, что у нее-то как раз еще есть шанс устроиться в жизни, а ты на улице будешь?

— Да как вы?.. — вскакиваю со стула, с грохотом его переворачивая. — Я же люблю ее! Неужели не понимаете вы! Мы же родителей лишились! У нас кроме друг друга никого! Никогошеньки! Она моя семья единственная! И я у нее! Да как у вас вообще язык поворачивается…

Мне сейчас впервые в жизни хочется придушить человека. Но я держусь, осознавая, что если посмею ей грубить, то сделаю нам с Софкой еще хуже.

— Молодая ты еще. И глупая, — не унимается сука. — Одной любовью сыт не будешь. Ребенок — это ответственность серьезная. А ты — сама еще ребенок. Не нужна она тебе.

— Была бы не нужна, я бы не выскакивала замуж! — продолжаю упрямо стоять на своем.

— Выскочила, и молодец. Вот теперь твой муж — твоя семья! — отрезает. — Глядишь и сама не пропадешь тогда. А про сестру забудь! Новые родители хотят, чтобы Софья не знала, что удочеренная. Так что и с тобой связь держать не будет.

Нет… нет-нет-нет…

— Я вас умоляю… — слезы брызгают из глаз. — Лидия Ивановна…

— Хватит, Морозова! — отрезает и тыкает кнопку на своем допотопном коммутаторе. — Наташа, забери эту истеричку из моего кабинета. Она мне работать мешает.

— Не надо, Лидия Ивановна! — вою я, на колени падаю, лишь бы она смилостивилась над нами. — Прошу вас! Я же для сестры на все готова! И подработку уже нашла в интернете! И в деканате договорилась… — я не успеваю даже договорить, как дверь открывается и…

Та самая Наталья с самой Лидией Ивановной подхватывают меня под руки, отрывая от пола и волокут подальше от кабинета. Пытаюсь сопротивляться, но все тщетно. Они не собираются отпускать.

И когда мы уже почти доходим до входной двери, окончательно осознаю, что жалостью этих непробиваемых гадин не взять, поэтому подбираюсь вся. И даже выть перестаю:

— Ну вы сами напросились! — вырываюсь из их рук, отшатываюсь в сторону. — Не хотите значит по-хорошему? Да?! Берегитесь тогда! Будем говорить с вами иначе?

— И как же? — ухмыляется Лидия Ивановна. — Что ты можешь, дуреха? Давай проваливай уже. Не позорься хоть. И чтоб я тебя больше не видела.

— А вот этого я вам обещать никак не могу! — цежу зло. — Не с той связались! Ясно?! Клянусь, я с вас не слезу, пока вы мне сестру не вернете! Не отступлю! В прокуратуру пойду, если потребуется! Но пока Софку не заберу — спать вам спокойно не дам!

Разворачиваюсь и выхожу в дверь. Меня бьет крупная дрожь. И истерика рвется наружу.

Но я держусь из последних сил.

Мне нужно что-то делать. Нужно забрать сестру.

Только вот одна гладкая мысль покоя не дает.

А что если… она права?

Снова рыдаю в голос, не в силах и дальше себя в руках держать. И не могу перестать об этом думать.

Что если Софке и правда без меня лучше?

В зажиточной семье.

Сытая и не знающая горя потери.

Считающая себя родной.

Что если так она действительно будет счастливей?

Сердце спотыкается от одной мысли, что я тут бьюсь за то, чтобы испортить жизнь своей самой бесценной и дорогой кровиночке.