Книга Я не выйду за тебя, Вахабов!, страница 96 – Лита Летинская

Ко мне подходит его сестра Медни, улыбается натянуто. Она в черном платье и я пугаюсь, что она в трауре. Но она уверяет, с ее мужем все в порядке, просто развелась с ним, по какой причине отмалчивается.

Возвращается Алан, заглядывает в мои обеспокоенные глаза.

— Все хорошо, — произносит одними губами, успокаивая.

Идем к его матери, входим в полутемную комнату. Она лежит на кровати, на первый взгляд можно сказать, что с ней все в порядке, если не знать ее анамнез.

— Мам, почему ты не в кресле? — подходит к ней Алан, — на свежий воздух бы вышла, подышала, на улице тепло.

Завидев сына ее глаза загораются радостью.

— Алан, милый мой, наконец то ты приехал. Тянет к нему руки.

Он мимолетно касается ее приветствуя, садится на корточки рядом с кроватью.

— Внука мне единственного не оставил, — с упреком обвиняет его.

— Мам, я же сказал сам…

— Сам он, все сам, вырастили самостоятельного на свою голову.

Женщина к кровати прикована, частичный паралич, ходить она не может. Не получается на нее злиться как прежде. Ей и так от жизни испытание перепало не самое легкое.

Наконец она замечает меня и тут же хмурой становится.

— Ох, Всевышний, дожила я до этого на старости лет. Сын привел таки эту женщину в дом, — охает она.

— Мама, следи за словами, ты с женой моей разговариваешь.

— С женой? Матушка моя милостивая, — охает еще пуще. — Ты же с Мадиной вот недавно развелся.

— Несколько лет уж прошло, мама.

Он пересаживает ее на кресло, не слушая возражений, укрывает ноги пледом и вывозит под навес. Стол накрыт, золотистая скатерть колышется под порывистым весенним ветерком, подвозит, устанавливая во главе стола, по другую сторону сидит его отец.

— Не слушай ее, она в последнее время не в себе, трудно ее состояние дается, — притормаживает меня, заглядывает в глаза обеспокоенно.

— Я все понимаю, — останавливаю его от дальнейших оправданий.

— Это мои родители, я не могу бездумно от них отказаться, — горько замечает.

Отказаться от родителей, родного отца и матери, я не смогла бы. Если бы только жив был мой отец…

Дядя смурный стоит посреди двора, поседел заметно и постарел, не потеряв своей гордой стати.

Подхожу не спеша, осторожно. Руку поднимает, приглашая к объятию. От сердца немного отлегает, подныриваю к боку, приобнимая. Значит принимает меня.

Алан с другой стороны подходит, приветствуя.

Тетушка у накрытого стола суетится. Обнимаю ее, горячо к себе прижимая, соскучилась страшно. Племянники подлетают ко мне, здороваясь.

— Значит только расписались вы, — неодобрительно качает головой дядя.

— Мулу позвали уже, все честь по чести будет, Арслан, — уверяет Валид.

Через полчаса приходит обещанный мула, перед всевышним нас законными супругами делая.

После дядя ко мне подходит.

— Лена, мы всегда рады вас у себя видеть. Про свои ближайших родственников не забывай. Анне привет передавай.

Но видится нам удается не часто. Первый раз на год нашего с Аланом сына. Я сама подобрала ему имя. Рахим — значит милосердный. Наш оплот сострадания и милосердия, сохраненных в наших сердцах.