Книга Измена. Во власти конкурента, страница 29 – Лита Летинская

Пока я колеблюсь с ответом, заходит крепкий мужчина в черном и забирает мой телефон. Я оторопело смотрю на это действо, провожая свой смартфон взглядом.

— Все в порядке, зарядит и вернет, в целости и сохранности. — успокаивающе говорит Ярослав. — Пойдем поедим. Но сразу предупреждаю, я не особый кулинар, приготовил только яичницу.

— Оу, ты готовишь? Это очень мило. — мое внимание возвращается хозяину дома.

Это удивительно, потому что в моем мире мужчины не готовят. Мой муж ни за что и никогда не готовил. Заказать доставку — да, но готовить… Мысленно одергиваю себя, опять это неуместное сравнение с мужем. Я же не могу всерьез сопоставлять этих двоих мужчин.

Снова его тихий, бархатно-вибрирующий смех.

— Я же обещал тебе гостеприимство.

Мы возвращаемся на кухню. Ярослав деловито встает по ту сторону стойки и бережно раскладывает яичницу по порциям.

— Домработница будет только завтра, так что сегодня я и шеф, и жнец, и на дуде игрец. — протягивает он мне два аккуратных кругляша глазуньи на тарелке, непринужденно улыбаясь.

Моему изголодавшемуся организму все кажется вкусно и аппетитно, а вторая чашка кофе бонусом — самое то для поднятия духа и бодрости с утра.

Годами отрепетированная привычка — не оставлять грязной посуды после еды — дает о себе знать. В купе с моим желанием поблагодарить за вкусный завтрак — это гремучая смесь. Я собираю пустую посуду, намереваясь помыть. Но и тут Ярослав не дает мне простора для маневров. Забирает из моих рук испачканные тарелки и загружает в посудомойку, вместе с остальной посудой. Неожиданно становится неловко, что этот суровый, сильный мужчина так ловко управился с посудой. В принципе понимаю одного американского актера, сыгравшего киборга, утверждающего, что любит мыть посуду. С посудомоечной машиной это, в принципе, становится в разы увлекательным действом.

Когда мы возвращаемся в гостиную, мило беседуя о неожиданно разыгравшемся за окном ненастье, я наблюдаю интересную картину, как заходят крепкие бруталы в черном с несчетным количеством пакетов в руках, поднимаются по лестнице, один, два, три… Сбиваюсь со счета, оборачиваюсь на Ярослава, позади меня.

— А вот и одежду вашу привезли.

— Ммм, вы весь магазин скупили? — недоуменно уточняю.

Ярослав нарочито важно смотрит на наручные часы, выгибая одну бровь.

— Мне пора. Работа не волк, к сожалению, от меня не убежит. Вы же помните, что можете чувствовать себя как дома, весь дом в вашем распоряжении. — уделяет он и мне толику своего внимания.

Я провожаю его взглядом. Ярослав выходит степенной походкой уверенного в себе мужчины, оставляя меня одну в недоумении — ведь он просто напросто проигнорировал мой вопрос — и со странным желанием поправить ему воротник и галстук, пригладить лацканы пиджака, и поцеловать на прощание, хотя бы в щеку.

Встряхиваю головой, отгоняя это странное наваждение. Вот уж чего я не собираюсь делать, так это навязываться едва знакомому мужчине!

Наверно надо было пытать его с пристрастием по поводу его работы и всей остальной доступной инфы — чересчур он загадочен. Нужно только подумать над методами «пристрастия».

Мужчины в черном тоже спешно покидают дом. А я взлетаю по лестнице вверх, отыскать себе что-то более удобное, чем халат, полы которого, так настойчиво постоянно норовят разойтись.