Книга Бывший муж под елку, страница 6 – Инна Инфинити

Опять же, я была с этим не согласна. Потому что если бы я во всем слушала маму, то не вышла бы замуж за Роберта. Родительница считала, что он меня недостоин. К слову, впоследствии мама-то оказалась права. Мы с Робертом развелись.

Но пока мы были женаты, мне приходилось разрываться между мужем и мамой. С каждым годом их отношения становились хуже. Дошло до того, что Роберт отказался поздравлять мою маму с праздниками и навещать ее в день рождения. Для меня это стало проявлением неуважения с его стороны. Потому что как бы то ни было, а это моя мать. Он должен уважать ее. А Роберт не то что не уважал, а плевал в ее сторону. Потом Роберт запретил, чтобы она приезжала к нам в гости. Так и сказал: «Я не хочу видеть твою маму в нашем доме».

Роберт перегибал. Да, моя мама не подарок, но он перегибал. Бывший муж слишком принципиален и категоричен. Он и на работе такой. Но дом и семья - это не работа и подчиненные. А Роберт не видел разницы. Он одинаково махал шашкой на работе и дома. Мне тоже доставалось. Чем выше бывший муж поднимался по карьерной лестнице, тем жестче он становился. Везде и со всеми.

Роберт перестал слушать мое мнение и мои советы. Даже по элементарным вопросам. Мы купили новую квартиру в два раза больше прежней и делали ремонт. Роберт все выбирал сам, со мной не считался. Плитку, ламинат, краску для стен - абсолютно все купил, что нравилось ему, а не мне. Он аргументировал это просто: «У тебя нет своего мнения, у тебя мамино мнение. А я не хочу жить в бабском интерьере твоей мамы».

Это было не все. Были и другие проблемы, которые привели к разводу.

Из размышлений меня вырывает звонок мобильного. Городской номер. Цифры подозрительно похожи на телефон нашей редакции.

— Алло, - поднимаю трубку.

— Злата Сергеева?

— Да.

— Это секретарь генерального директора. Роберт Александрович вызывает вас к себе.

— Опять?

— Да.

Я закатываю глаза.

— Он передумал продлять мне контракт до десятого февраля? Решил избавиться от меня раньше?

Секретарша растерянно молчит.

— Сейчас буду, - буркаю и бросаю трубку.

Во второй раз в кабинет Роберта я иду не с такой нервозностью, как в первый. Даже обращаю внимание, что его приемная красиво украшена к Новому году. В углу стоит высокая елка, наряженная яркими шарами и светящейся гирляндой. Под елкой коробки с импровизированными подарками в блестящей бумаге. Скорее всего, приемную украсили ещё в начале декабря, когда холдинг возглавлял предыдущий гендиректор. Но я знаю: Роберту холодная цветовая гамма елочных украшений понравится. Среди игрушек преобладают синие и серебристые.

Секретарша говорит, что можно входить, и я без колебаний опускаю дверную ручку. Роберт сидит за тем же массивным деревянным столом. Теперь один, без новой начальницы кадров. Он отрывает лицо от монитора компьютера, наши взгляды встречаются, и у меня в груди снова что-то больно колет.

— Проходи, Злата. Присаживайся, - показывает на стул напротив своего стола. На тот самый, на котором я сидела несколько часов назад.

Обращаю внимание, что без свидетелей Роберт обращается ко мне на «Ты». Что ж, думаю, и я могу к нему так же.

Я опускаюсь на указанное место. Мгновение мы смотрим друг на друга. Мне кажется, или во взгляде Роба действительно сквозит тоска? Не знаю, что он читает по моим глазам, но в глубине души мне всё ещё чуточку больно. Самую малость.