Книга Слишком хорошая, страница 46 – Анна Шнайдер

Наташе же всегда казалось, что только по-настоящему уверенные в себе люди не испытывают потребности изменить себя. Живут такими как есть, лишь подчёркивая достоинства незначительными штрихами, но не стараются переделать данное природой. И Наташе нравились её волосы — кудрявые от природы, — густые и блестящие. И глаза, большие и серые, про которые Макс почему-то говорил, что они умеют менять цвет в зависимости от освещения. И губы, которым никакие уколы были не нужны, чтобы быть выразительными. И даже неидеальная фигура.

Может, это в ней и нравилось Карелину? Её принятие себя. Про Влада Наташа не думала — она по своему старшему сыну знала, сколько дури бывает в молодых мальчишках. Что двадцать, что двадцать пять — разница невелика. У Влада это дурь и есть, связанная с отсутствием матери в жизни. Пройдёт.

А вот пройдёт ли «дурь» у Макса, предложившего ей начать всё заново, и у неё самой, неспособной забыть этого мужчину много лет?

В этот момент, глядя на своё отражение, Наташа приняла твёрдое решение нормально поговорить с Карелиным. Может, дело в подвешенном состоянии, в том, что она до сих пор не высказала ему собственные претензии? А как только выскажет — всё пройдёт.

Губы отражения насмешливо искривились, но Наташа приказала себе не думать о другом варианте развития событий.

Наташа

— Мам, можно с тобой поговорить? — неожиданно высунулся из своей комнаты Димка. У них с Егором были отдельные, как он говорил, «камеры», в которых они творили что душе угодно. Наташа давно приучила обоих убираться самостоятельно, она к сыновьям почти не заходила.

— Конечно можно, — ответила Наташа, кивнув. — Только погоди, я переоденусь. Устала уже от офисного костюма.

— А почему они у тебя все одинаковые? — неожиданно поинтересовался Димка. Наташа взглянула на него с удивлением: никого из сыновей раньше такой вопрос не интересовал.

— Дресс-код же. Требование Эдуарда Арамовича. Белый верх, чёрный низ. У нас и сотрудники все в костюмах ходят. Женщинам попроще, но всё равно — никаких джинсов. А у меня, как у его помощника, вообще особенные условия.

— То есть голубую кофту ты надеть не можешь? — Кажется, Димка был по-настоящему удивлён.

— Светло-голубую — могу. Но не яркую и не тёмную.

Оставив сына обдумывать эту информацию, Наташа отправилась в свою комнату.

Да, на дресс-коде Эдуард Арамович был помешан. Она искренне обалдела от подобных требований ещё при приёме на работу, но потом привыкла. А вот Макс, кажется, и не знал про такой бзик Акопяна-младшего. Его сотрудники сидели на другом этаже, дресс-код основного офиса их не касался.

Быстро переодевшись в домашний костюм сливового оттенка, похожий на японское кимоно, только со штанами и обычными рукавами, Наташа вышла из комнаты и отправилась на кухню, подумав, что Димка может быть там. И точно: старший убирал со стола посуду.

— Спасибо за помощь, — поблагодарила Наташа сына. — О чём ты хотел поговорить?

Дима как будто слегка нервничал — его движения казались ей какими-то дёргаными. Но ничего не разбил, поставил чашки в раковину спокойно, а затем, развернувшись к Наташе, предложил:

— Мам, давай сядем? Не волнуйся, я потом посуду помою.

— Да я и не волнуюсь.

Они вновь опустились за стол, и Наташа устало откинулась спиной к стене, вытягивая ноги. Как же хорошо, когда гости уходят и можно наконец расслабиться!