Книга Одиночки, страница 48 – Анна Шнайдер

— Что… — вновь попытался сказать что-то Денис, но захлебнулся собственными словами — потому что я положила ладони на его пах и погладила напряжённую плоть поверх плотной ткани джинсов.

Нет, так не пойдёт. И мне неудобно, и ему тесно.

Повезло — пояс Денис не носил, так что мне нужно было лишь расстегнуть пуговицу, спустить вниз язычок молнии, точно так же поступить с трусами — и получить в своё полное распоряжение кое-то очень интересное, большое и твёрдое.

В этот момент Денис вновь попытался что-то сказать, но у него опять не получилось, а всё потому, что я как раз открыла рот, высунула язык — и провела его кончиком прямиком по уздечке члена. Видно было, разумеется, плохо — в кустах-то фонарей нет, — но небо ещё не совсем потемнело, так что очертания и размеры рассмотреть я могла.

— Б**дь… — выдохнул Денис, и это был первый раз, когда я услышала от него матерное слово.

— Ничего подобного, — пробормотала я, но вопреки своим словам, широко раскрыла рот — и в этот раз досталось не только уздечке. Начала я с неё, но двинулась дальше и облизала член до основания.

Денис задрожал — подозреваю, что не от холода, — и я наконец перестала церемониться.

Денис

Что может сравниться со сладким женским ртом под твоими губами? Только этот же прекрасный рот в процессе минета.

Денис никогда не просил об этом своих партнёрш — знал, что такое любят не все, — ждал, когда сами захотят. Но с Ларой даже ждать не пришлось! Вот уж чего он совсем не ожидал, что она кинется его облизывать, как недавний чупа-чупс, а потом и не только облизывать.

Лара насаживалась на него столь жарко и самоотверженно, что Денис сам не заметил, как легко сжал ладонями её голову и принялся двигаться в такт, стремясь достать до горла. Когда он чувствовал Лару вот так — до самого конца, до задней стенки, когда дальше уже невозможно, — ему было особенно приятно, и напряжение в члене становилось сильнее, а каждое движение — острее.

И когда Денис почувствовал, что вот-вот достигнет финала, он замер на самой глубине, ощущая, как изливается в рот Лары, — и чувствовал одновременно и удовольствие, и радость, и благодарность, и растерянность.

— Как… — Голос сорвался, и Денис кашлянул, пытаясь рассмотреть лицо встающей с колен Лары. — Я не сделал тебе больно?

— Ну… — пробормотала она и потёрла горло. — Ты большой, конечно. И пару дней мне точно будет не до чупа-чупсов.

— Лар, я серьёзно.

— Я тоже! — воскликнула она и сделала большие глаза, которые Денис рассмотрел даже несмотря на полумрак. — Перестань, а? Я, может, стесняюсь.

— Да ладно? — Денис развеселился. — После… вот этого?

— Именно так, — кивнула Лара почти с важностью, и Денис, расхохотавшись, схватил её в охапку, чтобы немедленно поцеловать.

— Ой, не надо! — запротестовала она, дёрнувшись. — Я ведь только что…

— Да плевать.

— Я не плевала. Всё проглотила.

— Лара! — вновь рассмеялся Денис и всё-таки поцеловал её. И уже хотел предложить забить на реакцию детей и отправиться либо к нему в квартиру, либо к ней, дабы продолжить начатое, — но у Лары внезапно зазвонил телефон.

Лара

Я сказала правду: после всего случившегося я застеснялась, будто девственница. Хорошо, что в парке было темно и Денис не видел, каким жаром полыхает моё лицо.

Но ведь и правда безумный какой-то поступок, мне совсем несвойственный. А всё почему? Потому что с первой встречи я на самом деле мечтала Дениса облизать, как конфету. Вот и исполнилась мечта идиотки, да…