Книга Одиночки, страница 70 – Анна Шнайдер

— Ну ладно, — вздохнул мальчик и констатировал, подтянув пижамные штаны: — Тогда я пойду писать.

Лара

Всё было бы идеально, если бы не мой глупый поступок, совершённый не сегодня и не вчера.

Я безумно жалела, что согласилась на встречу со Львом. Я жалела об этом всё утро — когда мы с Денисом проснулись и пару минут ещё лежали, целуясь, как влюблённые подростки, и позже, собирая сонную Агату в детский сад, я жалела, и когда шла от сада к метро, чтобы всё-таки пересечься со Львом, жалела.

Он стоял недалеко от входа в метро, на стоянке, сверкая идеальной чистотой своей чёрной машины и не менее чёрных и чистых ботинок — остальная одежда на Льве была светлой. Бежевые льняные брюки и такая же льняная рубашка, только не бежевая, а белая, с завязками у горловины.

Выглядел Лев исключительно дорого — и так же дорого пах, когда попытался меня приобнять.

— Нет, спасибо, — тут же отреагировала я, отходя в сторону, и он засмеялся.

— Ладно, принимается. Мог бы и сообразить, что ты отреагируешь как типичная крапива.

— Я хотела отменить встречу, — призналась я, но это заявление Льва явно не впечатлило — он смотрел на меня со снисходительным превосходством, как взрослый на маленькую девочку. — Зря мы всё это затеяли. Давай ты лучше поедешь по своим делам, а я пойду займусь чем-то более полезным. Картофельное пюре сделаю на обед, например.

— У меня на сегодня нет дел, кроме тебя, — откликнулся Лев с непоколебимой уверенностью человека, который точно знает — всё будет по его хотению, и никак иначе. — И напомню тебе о твоём обещании. Я понимаю, ты женщина, Лара, но всё-таки нехорошо менять мнение каждые полдня. Мы проведём сегодня друг с другом несколько часов, а потом уже ты решишь, надо тебе это или нет.

— Я уже решила — не надо.

— Никогда не следует торопиться, — усмехнулся Лев, распахивая передо мной дверь своей машины. — Садись. Ко скольким и куда тебе нужно после нашего свидания? Я довезу, чтобы ты не тратила лишнее время.

— Не нужно, я сама, — запротестовала я, не спеша заходить в машину. — И давай договоримся ограничиться не более чем двумя часами…

— Хорошо-хорошо, — судя по реакции, Льву было смешно — и он совсем не воспринимал меня всерьёз. — Садись уже, Лара. Чем скорее сядешь, тем быстрее отделаешься от надоедливого меня.

Ничего другого не оставалось, и я нырнула в салон машины.

Лара

Я поняла, почему Лев был столь самоуверен, очень быстро.

И дело было не в том, что этот человек виртуозно умел поддерживать беседу — даже с женщиной, которой он на фиг не сдался, — всегда зная, о чём ещё спросить и что сказать, чтобы диалог не заглох. И пока мы куда-то ехали, Лев умудрился раскрутить меня на разговор об истории, затронув одну из моих любимых тем — Великую Отечественную войну. Я обожала читать документальную литературу тех лет, и, как выяснилось, Лев тоже подобным не брезговал, вот и вывел меня на совместные рассуждения.

Нет, дело было совсем не в этом. Просто кому придёт в голову расспрашивать учениц, что любит или не любит репетитор? Да и не могла я предположить, что Вика запомнит, как я однажды обмолвилась, что мечтаю полетать на воздушном шаре.

И уж тем более я не представляла, что найдётся безумец, который решит воплотить мою не менее безумную мечту в жизнь. Но Лев решил. И мы, проехав по полупустой — повезло: понедельник, и в основном народ ехал в обратную сторону, — дороге минут сорок, оказались на территории так называемого аэроклуба, находящегося на большом поле. Здесь были «припаркованы» несколько разноцветных шаров, и, когда мы шли к ним через поле в сопровождении инструктора, я неожиданно сообразила, что Лев собирается сейчас со мной сделать, и у меня слегка подкосились ноги.