Книга Предавший однажды, страница 53 – Анна Шнайдер

Он давно не целовал меня вот так — и я сейчас не про агрессию, а про желание, скорее даже страсть, когда сносит крышу и единственное, о чём можешь думать, — хочу, хочу, быстрее, глубже, сильнее.

И раньше я всегда отвечала на Костину страсть. Даже в тот вечер, самый первый после нашей размолвки, — тогда ему удалось меня разжечь. А сейчас…

Пустота. Полнейшая.

Я прислушивалась к себе — ну где же, где хотя бы что-то?! — пока Костя целовал мои губы, стаскивал рубашку и спускался с поцелуями всё ниже и ниже. Ласкал меня между ног, настойчиво и почти зло, проникая внутрь пальцами, а языком и губами терзая клитор, — но ничего не помогало, я не возбуждалась, скорее наоборот.

Однако показывать это мне не хотелось. Сразу начнутся выяснения отношений, вопросы, заморочки… А я и сама ещё не разобралась, в чём дело и почему так. Откуда эта замороженность внутри, из-за чего на душе и в сердце тяжело и стыло?

Я отыграла свою роль податливой жены, а как только довольный Костя наконец откатился в сторону, быстро убежала в душ и вернулась, когда муж уже спал.

Надежда

Я смотрела на силуэт Кости в темноте и думала, думала, думала…

Когда всё это началось?

Когда я успела разлюбить мужа?

И способна ли любовь вернуться или она ушла навсегда, оставив после себя лишь горечь на сердце и сожаление от того, что столько лет потратила на человека, который предал меня легко и просто и даже особо не раскаивался.

Да, даже сейчас я не верила, что Костя по-настоящему пожалел. Не знаю уж, есть у него что-то с Олей или мне мерещилось, однако в первую очередь на действия его провоцировало нежелание менять свою жизнь. Костю устраивал наш брак, он хотел продолжать жить со мной и не слишком жалел о том, что сделал. А уж когда я согласилась налаживать отношения, он и вовсе выбросил все сожаления из головы.

А что теперь? Теперь, услышав историю коллеги, Костя неожиданно подумал: а что, если Надя тоже заведёт себе любовника? Вспомнил старую истину о том, что люди относятся к тебе так же, как ты к ним, и решил, что раз сам не был мне верен, то и я могу ответить ему в этом взаимностью.

Логично, да. Вот только муж забывал один простейший факт. А может, он его никогда и не знал, не понимая мою личность до конца. В отличие от Кости, который способен трахаться без любви, я не смогла бы сблизиться с мужчиной, не любя его.

И это возвращало мои мысли к Роме.

Может, на мои чувства к мужу повлияло Ромкино признание? Я не психолог, не знаю, есть ли такая вероятность, но мне казалось это предположение немного странным. Я столько лет жила с Костей и не сомневалась, что люблю, а потом услышала завуалированное признание от коллеги — и всё, перестала реагировать на супруга. Нет, невозможно. Да я даже не понимаю, что именно испытываю к Ромке, в голове какой-то хаос! Правда, это и Кости касается, но с ним всё же понятнее.

То, что я чувствую к мужу, точно больше нельзя называть любовью. Чем угодно — привычкой, привязанностью, партнёрством, — но только не любовью.

Интересно… если бы Костя знал заранее, что его измены приведут нашу семью к такому результату, стал бы крутить романы на стороне?

К сожалению, я сомневалась в ответе на этот вопрос.

Надежда

На следующий день с самого утра Костя выглядел донельзя довольным, улыбаясь как безумный, — и я с каким-то диким весельем поняла, что ночью он умудрился не заметить мою холодность. Видимо, был сосредоточен на собственных ощущениях и не осознал, что я практически не возбудилась, а уж оргазм и вовсе имитировала, зажмурившись и быстро задышав. Я всегда считала себя плохой актрисой, но Костя почему-то купился.