Книга Слишком красивая, страница 69 – Анна Шнайдер

— На семь, — ответил поначалу Макс, но потом покосился на наручные часы, хмыкнул и скорректировал: — Нет, давайте-ка на восемь тридцать. Полчаса на сборы — и айда. Позавтракаем уже на яхте.

— Отлично, — кивнул Эдуард, пожелал Карелину спокойной ночи и завёл Диану в комнату.

Уснула Диана крепко и быстро, что было неудивительно после такого длинного и насыщенного дня. А если ещё учесть, что она в ночном клубе танцевала, то даже странно, что не задремала раньше, в машине по дороге сюда.

Эдуарду подобное было лишь на руку. Заниматься с Дианой сексом у него не было ни сил, ни желания. И самому надо бы поспать хоть немного, чтобы не попасть в аварию, задремав за рулём.

Эдуард поставил будильник на семь. Засунул телефон под подушку, лёг, закрыл глаза — и провалился в сон. Ему показалось, что телефон завибрировал буквально через секунду — но нет, действительно прошло три часа. Катастрофически мало, но больше спать нельзя.

Он вылез из постели, посмотрел на Диану — она спала на боку и выглядела как белокурый ангел. Она всегда так выглядела, но когда спала — особенно. Глядя на такую Диану, нежную и невинную, Эдуард понимал Алису гораздо лучше. Если она наблюдала сестру спящей с детства, если сама причёсывала её мягкие светлые волосы и делала ей косички на ночь, то неудивительно, что сейчас Алиса по-прежнему видела в Диане свою маленькую сестричку. Которая, как Алиса однажды выразилась, «никогда ничего такого и не творила».

Сейчас Эдуарду и самому казалось, что он про Диану всё выдумал. А на самом деле она — вполне себе честная девушка и никогда не продавала себя за деньги и возможности. В рассветном полумраке, глядя на светлый пушок возле головы Дианы — будто нимб какой-то, — в это почти верилось.

Почти…

Усмехнувшись, Эдуард оделся, быстро умылся в прилегающей к спальне ванной, а затем тихо вышел из комнаты. Огляделся, пытаясь вспомнить, где тут обитает Макс, выудил из своих воспоминаний эти сакральные знания и пошёл дальше по коридору.

Комната у Карелина была угловой — чтобы окна выходили и на берег, и на территорию. А сами окна были панорамными, из сплошного толстого стекла. Эдуард бы сдурел от подобного интерьера — как будто не в доме, а на улице сидишь, — но Максу нравилось.

Эдуард постучался, но ответа не дождался — что было вполне объяснимо — и вошёл внутрь. На миг зажмурился — над рекой вставало солнце, и его лучи ударили Эдуарду в глаза, едва не ослепив, — опустил голову и прошёл дальше, вставая полубоком и пытаясь рассмотреть, где тут кровать.

Кровать была в самом центре помещения. Круглая и огромная, как большое лежбище. Застеленная белым бельём — бельё другого цвета Макс не признавал, — она напоминала облако, случайно залетевшее в комнату и зависшее посредине.

Кровать казалась настолько огромной, что Эдуард не сразу рассмотрел на ней несколько подушек и одеяло. Карелина видно не было, но, скорее всего, он под одеялом.

Эдуард подошёл ближе, попытался дотянуться до Макса — но фиг вам! Карелин дрых на середине кровати, так просто не достанешь. Пришлось стягивать ботинки и на коленях, чувствуя себя идиотом, продвигаться вперёд, как мечтающая о любви девушка.

— Макс, Ма-а-акс, — позвал Эдуард, надеясь, что друг проснётся быстрее, чем он до него доползёт. — Макс, блин!