Книга Друзья или любовники?, страница 34 – Анна Шнайдер

Яр засмеялся. «Какой-то прохиндейке». Слышала бы это Лиля!

— А чего ты смеёшься? Так многие женщины рассуждают. Особенно если всю жизнь с мужем, с юности, когда у него ещё всех этих денег не было. Я его, значит, поддерживала, ела с ним хлеб, воду и кильку в томате, тазик ему подносила, когда он этой килькой отравился, унитаз за ним мыла — а теперь, когда он накопил на чёрную икру и уборщицу, какая-то непонятная зараза собирается всем воспользоваться. Нет уж! Пусть ищет своего бедного студента и делает из него олигарха. А этот — мой! Знаешь, как говорят? «Пусть сопливое, но моё».

— Да, возможно, ты права, — кивнул Корнеев, раскладывая на тарелке нарезанный огурец покрасивее — солнышком. — Очень похоже, что его жена так и рассудила. Но мне-то теперь что делать?

— Ты меня спрашиваешь?

— Тебя.

— Не знаю. Твоя жизнь, тебе решать.

— Давай представим, что это не моя, а твоя жизнь. Ты бы что сделала?

— Я бы послала вулкан на фиг, — фыркнула Алина. — Зачем жить на вулкане? К чему такой экстрим?

— Если бы у меня не было Сони, я бы так и сделал. Но она есть. Не хочу, чтобы Лиля её против меня настраивала. Мы-то взрослые, выплывем — а Соня?

— Слушай… — Алина, вздохнув, поставила перед Яром тарелку с чем-то настолько вкусно пахнущим, что слюноотделение началось просто моментально. — Не смотри так, это всего лишь вчерашняя жареная картошка и тефтели с грибным соусом. Тефтели я утром сделала, чтобы было чем поужинать… Так вот, возвращаясь к Лиле — она, что ли, совсем идиотка?

— Почему?

— Потому что Соня — и её дочь. Знаешь, я же видела твою жену, общалась с ней. Она стерва, конечно, но не дура. Мне кажется, если Лиля поймёт, что ты не собираешься к ней возвращаться, попытки тебя склонить на свою сторону свернёт, не станет тратить на это лишнее время. С её внешностью и деньгами она тебе замену в два счёта найдёт. А насчёт Сони — ребёнку нужен отец, так что, даже если Лиля будет использовать вашу дочь в своих интересах, настраивать её против тебя вряд ли станет. Для этого всё же нужно быть полностью отмороженной, а Лиля не такая. Она эгоистка, избалованная барышня, упрямая и капризная, но не жестокая. И, я думаю, любит Соню.

— Спасибо, Алин, — произнёс Яр искренне и начал есть. Вкусно было фантастически, несмотря на то, что картошка была вчерашней. Как у Пирожка всё это получается? Они с отцом часто жарили картошку сковородками, на следующий день разогревали — и было не то совсем. А у Алинки как будто с пылу с жару. — Блин, вкусно.

— Ты просто голодный, — засмеялась Алина и отвернулась к плите, чтобы положить порцию и себе. — Поэтому и вкусно так, что за ушами трещит. А вообще знаешь что? Заведи-ка себе девушку.

— Не понял. Зачем? Чтобы кормила, что ли?

— И это тоже. Но не только. Мне просто кажется, что тебе нужно отвлечься от Лили. Кроме того, так будет проще её отвадить. Если Лиля будет знать, что у тебя отношения, её задача усложнится.

— Не хочу я никаких отношений, — поморщился Яр и зачем-то брякнул: — Я бы не отказался просто от секса, без отношений. Но девушка, которую я хочу, на такое не согласится.

— Да? Это ещё почему?

— Потому что она — ты.

Кажется, Алина что-то уронила.

Алина

Тарелка не разбилась. Спасибо маме: когда-то она настояла на том, чтобы положить на кухне линолеум, а не плитку. Сказала, что иначе я со своей фантастической ловкостью перебью всю посуду.