Книга Если ты простишь, страница 210 – Анна Шнайдер

В итоге я сделала копию куклы по фотографии на заказ у одной хорошей мастерицы. Тоже долго искала, чтобы не прогадать, заплатила большую сумму — но в итоге всё получилось отлично. И утром, сразу после того, как Аришка вдоволь насмотрелась на Капитошку, я презентовала ей свой подарок. Дочь пришла в восторг. А Вадим…

Он тогда почти оцепенел — всё смотрел на куклу округлившимися глазами и будто не мог поверить в то, что видит.

— А я ведь совершенно не помню, как её звали, — пробормотал муж, как только мы с ним подошли к столу. Включил чайник, достал с полки две кружки, налил нам обоим заварки и поинтересовался, глядя на то, как я поудобнее усаживаюсь на диване: — Я не стал спрашивать при Аришке, но мне интересно — где ты её нашла? Мне казалось, мама продала её какой-то немке. Она вроде бы даже договор никакой не оформляла — взяла валюту, и всё.

— Ту самую куклу я не смогла найти. Сделала копию. Нашла мастера, который взялся за такой заказ. Мне показалось, что вам с Аришкой это будет приятнее, чем если я куплю старинную куклу, но другую. Эта новая, зато такая же.

— Молодец, — искренне похвалил меня Вадим, и я довольно улыбнулась. Он заметил это и добавил, хмыкнув: — И вдвойне молодец, что наконец можешь спокойно принимать заслуженную похвалу, не начинаешь тут же отрицать собственные заслуги и отнекиваться.

— Да, это большое достижение, за которое надо выпить, — кивнула я, и Вадим, засмеявшись, начал разливать кипяток по нашим чашкам.

Несколько минут мы просто сидели и пили чай — даже без печенья, потому что за весь день умудрились налопаться всего и сразу. И, кажется, наслаждались… Хотя не знаю, наслаждался ли Вадим, но я — точно.

Мне было приятно и радостно сидеть вот так, в полутёмной кухне — свет мы так и не зажгли, — вместе с мужем. Причём Вадим сел не напротив, на стул, а примостился рядом, на диване. Хоть и не вплотную, но близко…

Но я старалась об этом не думать. Как только думала, начинала слишком остро чувствовать тёплую и манящую энергию, которая исходила от мужа и волнами накрывала меня, заставляя замирать и сдерживать дыхание.

Рядом с Вадимом мне было не только хорошо и спокойно, но ещё и волнительно. И страстно…

Он вздохнул, и мне вдруг показалось, что не только я сейчас борюсь с желанием повернуться к Вадиму лицом — мы сидели полубоком друг к другу — и обнять его, но и муж гонит от себя желание поцеловать меня.

— Знаешь, — сказал он вдруг, кашлянув, — мне кажется, что в этих отношениях с Лерой я был похож на тебя в тот период. Ну, когда ты от меня ушла.

Я нервно стиснула пальцами чашку. Чуть не обожглась.

Значит, Вадим хочет обсудить со мной Леру? Наверное, это хорошо.

А может, и не совсем Леру.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что я, как и ты, повёлся на иллюзию. На то, что сам себе придумал. Забавно, правда? Я так осуждал тебя за это, но сам…

— Ты был не в браке, — возразила я немедленно. Вот уж чего бы мне совсем не хотелось — так это чтобы Вадим вновь из-за чего-то терзался. — Имел полное право вестись на любые иллюзии. В отличие от меня, ты никого не предавал. Я же… Знаешь, на одном из сеансов с психологом я придумала такое сравнение. Я будто бы долго забиралась в гору, в глубине души мечтая покорить её вершину, а когда забралась — почувствовала, что у меня кружится голова от страха. Последние несколько лет я поднималась всё выше и выше… благодаря тебе и вместе с тобой. Сама не верила, что делаю это. Отрицала как могла. И когда отрицать уже было практически невозможно, предпочла сбежать. Придумала себе легенду даже… Будто я — птица в клетке и своим побегом получаю свободу. Поверила в это, уехала… Но почти сразу поняла, что ошиблась. Даже не почти, а сразу, Вадим. Я хотела вернуться к вам с Аришкой буквально тут же. Но вновь побоялась. Решилась только спустя десять дней. И ещё три дня просидела в гостинице неподалёку, собираясь с духом. Мне было так страшно! Но я поняла, что, если не попытаюсь всё исправить, никогда себя не прощу. Я тогда ещё не понимала до конца, отчего мне настолько плохо. Не осознавала, что на самом деле я давно уже забралась на вершину горы — осталось только научиться не бояться смотреть по сторонам. А то ведь я так и сидела на этой вершине, зажмурив глаза, как маленькая девочка, которая прячется от злого Бабайки.