Книга Полюби меня заново, страница 106 – Анна Шнайдер

Но, к сожалению, ничего утешительного школьная подруга бывшей жены Артура им не сказала, подтвердив всё, что уже слышала Катя полдня назад. Даже пункцию брать не стала, сказав, что доверяет результату из лаборатории другой клиники.

Но были и хорошие новости — врач дала Кате контакты человека, который занимался продажей лекарства.

— Ну что ж, Ника, расчехляем заначку, — подмигнула дочери Катя, когда они втроём — если не считать Тигру в переноске — вышли из кабинета ветеринара. — Вы меня подождёте в коридоре? Надо в туалет наведаться. На нервной почве очень хочется.

— Не надо нервничать, всё будет хорошо, — сказал Артур, ожидая, что Ника напросится с мамой — но, к его удивлению, девочка осталась. И, как только Катя ушла, тут же выпалила:

— Вы, дядя Артур, мою маму не обижайте! А то я вас — во! — и показала ему сжатый кулак, грозно сдвинув брови.

Артур неимоверным усилием воли сдержал рвущийся наружу смех — даже губу закусил до боли, чтобы не дай бог не засмеяться, — и серьёзно ответил:

— Не обижу. Но, если вдруг, разрешаю тебе меня поколотить.

— Не надо «вдруг», — пробурчала Ника, воинственно шмыгнув носиком. — Вы же её любите?

— Конечно, люблю.

Смеяться резко расхотелось.

Уж слишком серьёзно-торжественной была эта девочка, однажды преданная собственным отцом. Артур был уверен — несмотря на то, что Ника, конечно, любит Стаса и простила ему всё, что он натворил, в глубине души она продолжает помнить.

Она помнит, какой грустной была мама после того, как папа ушёл. Помнит, как часто мамины глаза блестели от слёз. Помнит, что на её пятилетие папа не приехал. Помнит, что первое время он и звонил редко …

Эти воспоминания иногда проступали в Нике, как тонкие карандашные линии проступают сквозь полупрозрачные акварельные краски…

— Раз любите — значит, не обижайте. Когда любят — не обижают! — заключила Ника и села на стул рядом с Артуром. — Вот.

— Ты тоже маму обижать не будешь? — поинтересовался Артур, по-дружески пихнув Нику плечом в плечо. — А, Ник?

— Не буду, — на лице девочки мелькнула лёгкая улыбка.

— Значит, разрешишь маме со мной встречаться?

— Разрешу.

— И в гости к вам приходить разрешишь?

— Угу.

— А сама ко мне в гости придёшь?

— У… — Ника запнулась, посмотрела, развернувшись, на улыбающегося Артура — и протянула: — А мо-о-ожно?

— Можно. И с Кариной тебя познакомлю. Помнишь мою племянницу? Она, правда, тебя помладше — ей пять, но, думаю, вы поладите.

— А она читать умеет? — неожиданно спросила Ника, и Артур покачал головой:

— Нет. Буквы знает. Но читать — ещё нет.

— Научу! — решительно заявила девочка. И добавила совсем мечтательно: — Всегда хотела иметь сестрёнку…

81

Катя

Я боялась, что, пока буду в туалете, Ника и Артур что-нибудь не поделят. Мало ли? Дочка-то у меня с характером.

Но, когда я вернулась, они вполне мирно сидели рядом, как два попугая на жёрдочке, и разговаривали. И улыбались.

Я выдохнула с облегчением, подошла ближе… и едва не упала, услышав от Ники:

— Мам, а ты уже написала этому дяде, у которого лекарство?

— Нет ещё, — хмыкнула я, заметив, как развеселился Артур. — Когда бы я успела? Сидя на унитазе, что ли? Пойдём. Сейчас в дороге напишу.

В дороге Ника задремала. И я, разглядывая длинный список вариантов нужного нам лекарства и пытаясь посчитать, сколько денег мне потребуется, если я возьму что-то подешевле, и стоит ли экономить, услышала от Артура негромкое: