Онлайн книга «Сломанная»
|
Возможно, сон был именно таким, поскольку в нём Соня была раскрыта перед Юрой? Подобная поза — исключительно беззащитная. И, находясь в ней, раскрываясь для партнёра, девушка должна доверять ему. Соня пока закрыта для Юры… Хотя, нет, теперь уже приоткрыта. Но до такого доверия пока далеко… В итоге Юра всё же уснул вновь и не просыпался до утра, пока Мася не начала ходить по нему и бодать мордочкой в лоб. Юра встал, потрепал кошку по голове и, надев шорты, пошёл на кухню — кормить животное. Проходя мимо ванной, он понял, что Соня уже поднялась — внутри шумела вода и горел свет. На секунду Юра остановился, представляя, как сейчас заходит внутрь и Соня… А что Соня? Что она будет делать? Швырнёт в него флаконом с шампунем или куском мыла? Вряд ли что-то другое. И дело тут не только в том, что она не готова к сексу. В семь утра, когда торопишься на приём в поликлинику, к сексу никто не готов. Да и врываться в ванную, если там моется другой человек, всегда казалось Юре плохой идеей. Настя, когда он говорил ей это — она порой забиралась к нему в ванную, правда, чаще всего не утром, — смеялась и фыркала: — Ты зануда и ботаник, Юра! Он только плечами пожимал. Секс сексом, но зачем же нарушать личное пространство? А если партнёр в данный конкретный момент не хочет близости, то в душе ему вроде как уже некуда от неё деваться. И отказывать, обижать не хочется — получать отказы в ванной, когда ты мокрый и голый, особенно унизительно. Поэтому Юра, усмехнувшись, прошёл мимо, на кухню, делать то, что намеревался изначально — кормить Масю. Соня вышла через пять минут, но сказала, что завтракать не будет — не смогла встать по будильнику, проспала, и времени толком ни на что не было. Быстро высушила волосы феном, оделась и убежала. Юра сделал себе два бутерброда с колбасой и сыром, выпил чаю, съел йогурт и, возвращаясь к себе в гостиную, как-то умудрился споткнуться на ровном месте в коридоре и грохнуться на пол. Как так получилось, Юра даже не понял. Чертыхнувшись, встал, выпрямился… и неожиданно осознал, что упал возле двери в закрытую комнату. — Видимо, это судьба, — пробормотал Юра и потянулся за ключом от комнаты. Сони не будет ещё час как минимум, он успеет быстренько посмотреть, что она там скрывает, а потом повесит ключ обратно на крючок, и всё. Соня ничего не заметит, а Юра будет знать, в чём дело, отчего она закрыла эту комнату. Ключ провернулся в замке с тихим щелчком, и дверь приоткрылась с тихим вздохом, как у живого человека. Изнутри пахнуло чем-то сладким, мимо Юры, потеревшись о его ногу, по-хозяйски привычно скользнула Мася… И Юра, открыв дверь шире, шагнул следом. Ему казалось, что он был готов ко всему… Но нет. К такому он не был готов. 52 Юра Он сглотнул, ощущая боль в глазах — но нет, вовсе не оттого, что шторы были отдёрнуты и комнату освещал яркий до неприятности свет, не оставляя ни единого шанса теням. И не оттого, что узнал этот сладкий запах — похожий всегда стоял в комнате Юли и Володи. Поразительно, как он сохранился здесь так надолго?.. Перед окном стояли детский стульчик, деревянный, выкрашенный в ярко-розовый цвет, и такой же столик с нарисованной по центру ромашкой. И на краю этого столика Юра сразу, как вошёл, заметил фотографию. Обычную семейную фотографию, каких на свете миллионы, если не миллиарды, — улыбающаяся семья из трёх человек была запечатлена на фоне цветущей сирени. И столько жизни, счастья и радости было в этой фотографии, что на контрасте с ней особенно остро чувствовалась трагедия этой маленькой комнаты. |