Книга Надеюсь, она не узнает, страница 140 – Анна Шнайдер

Тянуло ли это всё на причину не быть вместе с Костей, я поначалу не знала. Но… время шло, раны затягивались, шрамы переставали саднить, страхи начинали постепенно казаться смешными и нелепыми… И я всё сильнее склонялась к мысли о том, что нам нужно хотя бы попробовать.

На контрасте с Костей — общение с ним доставляло мне радость, как и всегда, — Кир, который так и не смог смириться с нашим разводом, раздражал как никогда. И пробовать восстановить семью мне абсолютно не хотелось, о чём я многократно говорила, но он не воспринимал эту информацию.

Кир отчаянно старался, и мне даже было его жаль. Он нашёл нам с Катей квартиру в том же районе, неподалёку от детского садика, куда я собиралась отдавать дочку осенью. Оформил её на нас, отказавшись от любых претензий, и заплатил половину стоимости — я подозреваю, что потратил все накопленные деньги, а может, и кредит взял. Обещал, что за пару-тройку лет всё выплатит, чтобы, как он сказал, «я не переживала».

Квартира мне нравилась. Она была двухкомнатной, и уже с мебелью, и с маленькой уютной лоджией, на которой стоял диванчик. На этом диванчике я полюбила отдыхать, пока Катя днём спала. Читала и переписывалась с Костей, когда он не был занят. И мечтала, как мы будем сидеть здесь вдвоём…

В мои мечты постоянно вмешивался Кир, присылая цветы и подарки, и жизнь постепенно превращалась в квест «Как отделаться от почти бывшего мужа и вернуть ему его презенты». Я даже пыталась говорить об этом со свёкрами, но толку не было. Да и они в этой ситуации находились на стороне сына, рассчитывая, что Кир всё-таки сможет переломить моё сопротивление.

И однажды вечером, примерно за неделю до возвращения Кости, я призналась во всём Антонине Павловне. Хотя нет, не во всём. Я не рассказала о Хэнге и Луне. Только о том, что мы с Вершининым стали больше общаться после моего переезда к свёкрам и как-то так получилось…

— Ясно, — вздохнула Антонина Павловна. Она выглядела очень расстроенной. — Я давно думала, что у тебя кто-то появился, но Костя мне в голову не приходил. Да… для Кира это будет большой удар, если вы всё-таки…

— Костя пока в отъезде, и мы дали себе это время, чтобы подумать, — негромко сказала я, испытывая дикое смущение. И попыталась оправдаться: — Я понимаю, что Киру будет больно, но мы же не специально!

— Да не оправдывайся, — махнула рукой тётя Нина. — Я знаю, что не специально. И ты, и Костя — хорошие ребята. Да и ты ему всегда нравилась, ещё со школы, он просто этого не понимал в силу возраста и упрямства.

— Думаете?..

— Конечно. И он тебе нравился. Ваши чувства родом из детства, Веруш, но сумеете ли вы сохранить и преумножить их сейчас?

Да, это был хороший вопрос… На который я очень хотела ответить положительно.

— Мы постараемся…

— В любом случае — если ты переживаешь, что мы с Лёшей будем хуже к тебе относиться теперь, то не стоит, — подытожила Антонина Павловна. — Ты ничего плохого не сделала. Мы всегда будем относиться к тебе как к дочке, Веруш.

Я прослезилась и кинулась обниматься.

91

Вера

Дни до приезда Кости я считала, как ребёнок считает дни до Нового года. Волновалась, убирала квартиру, постоянно переставляя предметы с места на место, и даже начала готовить Катю к тому, что к нам в гости придёт «дядя Костя». Дочка, конечно, уже не помнила, кто это такой, но слушала с интересом и радостью — гостей она любила.