Книга Надеюсь, она не узнает, страница 34 – Анна Шнайдер

Через неделю после свадьбы я забежал к молодожёнам, чтобы забрать удлинители и гирлянды, которые доставал для банкетного зала, где проходило празднование. Пока Кир копался в кладовке, я стоял в коридоре и среди кучи букетов, выставленных на комоде, увидел ту самую композицию. Солнце герберы совсем потухло, стало коричневым и безжизненным. А колокольчики-небо ещё держались, хотя тоже потеряли свою свежесть.

Букет зачах. Так и Вера зачахнет спустя пять лет после свадьбы.

Тогда никто ещё этого не знал. А теперь это узнал я, увидев Верины впалые карие глаза. Да, у неё с самого детства были большие глаза, но сейчас практически только они и остались на осунувшемся лице с почти прозрачной бледной кожей. Тёмные чуть вьющиеся волосы уже не блестели, а устало свисали соломой. Да и всё тело выглядело нездорово истощённым…

Как можно этого не замечать? Как можно не догадаться, что она всё знает? А, Кир? Какой же ты слепой идиот! У тебя не просто нет участка мозга, отвечающего за эмпатию, у тебя в целом вместо мозга вторая мошонка.

Обычно я не разговариваю с воображаемым Киром, потому что особо не о чем. Кир и Кир, всё с ним и так понятно. Но, пока шёл пешком от Веры до собственного дома, не мог перестать вести с ним диалог.

И, как это часто бывает, стоит помянуть какую-нибудь дрянь всуе, она сразу и объявится.

В общем, пока я материл воображаемого Кира, настоящий Кир позвонил мне.

— Здорово, дружище. Чем занят?

— Иду домой.

— Откуда?

— Из твоего дома.

— В смысле? Ты был у нас? — удивлённо спросил Кир.

— Да, был. Случайно встретил твоих в магазине, — ответил я.

— И чего не позвонил? Ну, рассказывай, узнал чего?

— Нет, просто поболтали ни о чём.

— Да ладно, вообще ничего? — в голосе Кира слышалось разочарование.

— Вообще ничего. Но, знаешь, что я тебе скажу… Ты всё-таки конченый мудак, — прорычал я в трубку.

— Да бля… не начинай!

— Ты на Веру когда последний раз смотрел? Ничего не заметил? Не заметил, как она выглядит? — Я закипал.

— Неухоженной? Ну да, мне это не очень нравится. Я люблю, когда…

— Кир, не будь долбоёбом! — прервал его я. — Какая в жопу неухоженность? Она выжатая, будто спит с дементором! Я думал, она в обморок упадёт от нехватки сил!

— Да не накручивай, а? Нормально выглядит, ну усталая мамочка в декрете, что такого? Они все такие…

— Ты специалист по мамочкам в декрете?

— Костян, отвали, по-братски прошу! Ты знаешь, что была только Милена, и я признал свою ошибку. Хватит уже докапываться, мне и так тяжело, не видишь, что ли?

— Не вижу, — отрезал я. И вправду не видел.

— У тебя друг страдает, а ты его добиваешь? Ну, что тут скажешь, спасибо за поддержку.

— На жалость давишь, да? Бедный Кир… Тебе повезло, что у Веры нет старшего брата, такого, знаешь, с традиционными представлениям о чести. Отпиздил бы или вообще убил за всё, что ты сделал с ней.

— Костян? Ты чего несёшь? Не перегибай, а? — удивлённо спросил Кир и был прав.

Я замолчал и тяжело вздохнул. Надо остановиться, пока не наговорил лишнего. Одно дело — подкалывать друг друга, как и раньше, а другое дело… Он всё ещё мой друг.

— Ладно. Взбесил просто… Извини. Если честно, мне реально захотелось тебе врезать, когда увидел, до чего ты Веру довёл. За что ты так с ней, не понимаю… Она же хорошая… хороший человек.