Книга Не любовница, страница 65 – Анна Шнайдер

— Не хотите поужинать? — поинтересовалась его секретарь и чуть порозовела щеками. — Правда, ничего особенно, обычные ёжики в сливочно-грибном соусе и гречка.

Михаил кивнул, временно не в силах отвечать — любовался Оксаной.

Её домашним костюмом были чёрные лосины до колен, обтягивающие ноги, как вторая кожа, и голубая футболка с каким-то мультяшным слонёнком в стиле Дамбо. Ничего откровенного и сексуального, обычный спортивный стиль. Но… эти ноги… И маленькая грудь, явно не скованная лифчиком, двумя пологими холмиками выделяющаяся на её теле, притягивала взгляд и заставляла пересыхать горло. Михаил почти видел, как подходит к Оксане, обнимает её, трогает эти холмики, сжимает соски…

… и наверняка получает с размаха сковородкой по голове. Вот этой самой, которую она сейчас в руках держит.

Он сел на ту же табуретку, что и в прошлый раз, и так же принялся смотреть, как Оксана порхает по кухне туда-сюда, нарезая свежие овощи, разогревая в отдельной кастрюльке гречку, в сковородке — ёжики, а потом соединяет всё это уже на тарелках. Помидоры и огурцы, нарезанные аккуратными ломтиками, Оксана положила на отдельное блюдо и тоже поставила перед Михаилом.

— Почти как в ресторане, — улыбнулся он, когда она ещё и морс из пакета ему налила. — Не хватает только кружевных салфеток, музыки и свечей.

Зря он это сказал, хотя поначалу даже не понял, отчего Оксана расстроилась. Села напротив него со скорбным лицом и стала уныло ковыряться в тарелке, словно растеряв аппетит.

Ресторан… Точно. Она же много раз сама заказывала Алмазову столики в ресторане, когда он встречался… да, не по работе.

Чёрт! Что сказать-то?..

— Очень вкусно, Оксан, — выдавил наконец из себя, когда молчание стало совсем уж тягостным. И не соврал — готовила его секретарь действительно отлично. Сразу чувствовался опыт. — Спасибо тебе большое.

— Не за что, — она равнодушно пожала плечами, и Михаил не выдержал.

— Послушай… извини меня за то, что тебе приходилось делать, — сказал он абсолютно искренне, даже вилку отложил, чтобы не отвлекаться. — Я понимаю, что это было неприятно. Ну хочешь, огрей меня чем-нибудь потяжелее, только не расстраивайся так.

Оксана посмотрела на него исподлобья, и — ура! — в её взгляде мелькнуло что-то весёлое.

— Что толку извиняться, если вы всё равно будете делать то же самое? — съязвила она тем не менее. — Или вы собираетесь одновременно и продолжать в том же духе, и извиняться за это?

— Нет, — он хмыкнул. Язва его Птичка, как есть язва. Но добрая. — Не буду я продолжать. Хватит.

— Да-а-а? — она картинно распахнула глаза. Точно не верила ни на грош. — Вы решили стать евнухом?

— Нет, у меня другие соображения, — покачал головой Михаил, сам не до конца понимая, что значит это глубокомысленное заявление. — И вообще я больше не хочу доставлять тебе подобные неудобства.

— Свежо предание, но верится с трудом, — пробормотала Оксана, и он промолчал, понимая, что словами здесь всё равно ничего не докажешь. Поможет только время.

Оксана

После ухода Алмазова она какое-то время сидела на кухне, закрыв глаза, и просто дышала, ощущая пока ещё не выветрившийся запах его туалетной воды. Или это лосьон для бритья? А, неважно. Всё равно Оксане безумно нравился этот аромат. Он напоминал ей о хвойном лесе, выросшем на горном склоне у северного дикого моря. Посмотришь на него — и непонятно, как он вообще вырос там и на чём держится? Словно вот-вот упадёт в воду. А пахнет от него так, что голова кружится… терпкой горечью, смолой, солнцем и солью…