Книга Измена. Босс не отпустит, страница 70 – Рика Ром

— Правда? И ты решил, что пусть Лакницкие выведут его на чистую воду? Ты же наш друг! Господи…

Я мечусь из стороны в сторону, меня качает маятником. В голове туман, перед глазами черные точки.

— Я лишь знал, что он Красные шнурки. О том, что он брат Леона, я не знал.

— Вам с Даной лучше уехать. Ты же хотел ее к морю увезти?

— Что ты имеешь в виду?

Швец выравнивается, расправляет плечи, а я бурю в нем дыру взглядом. Мутным, беспокойным взглядом.

— То. После всего, что произошло, нам лучше не общаться. Я не скажу Леону о том, как ты поступил, оставлю при себе. А вы уезжайте. Начните жить друг для друга.

— Да что ты несешь?

Дана бежит по коридору и набрасывается на меня с объятиями. Я обнимаю в ответ, а сама гляжу на находящегося в смятении Архипа.

— Блин, подруга! Сколько еще ты будешь устраивать мне сюрпризы?!

— Больше ни одного. Всё.

Она пахнет лимонными леденцами и грейпфрутом. Мне захотелось выпить чего — нибудь освежающего. Сока или воды с лимоном.

— С малышом все отлично?

Дана не обращает внимания на мужа, который целую вечность, находится прямо возле нас. Словно он невидимый или того хуже, бестелесный дух.

— Да, но от всех пережитых стрессов, придется полежать в стационаре. Дней десять.

— И хорошо, наберешься сил.

— Да, мы можем поговорить наедине? В кафетерии, например?

— Конечно.

Подруга вертится и наталкивается на мужа. В глазах шок. Отражение Архипа застывает в ее зрачках.

— Привет…

— Рад, что ты меня заметила.

Через секунду мы трое расходимся в разных направлениях. Мы с Даной спускаемся по лестнице на первый этаж, а Архип идет к Леону, который разговаривает с моим лечащим врачом.

В кафетерии всего три столика с голубыми скатертями. Длинная прозрачная витрина манит скромными угощениями. Я выбираю обыкновенное пирожное «Корзиночка», а Дана берет только черный кофе.

Присев на стулья, долго не можем начать разговор. Она пьет, я разглядываю розовый крем в бисквитной тарталетке.

— Я сказала Архипу, чтобы вы уезжали из города.

— Думаю, это хороший вариант для нас. Для всех нас. Мы больше не одна большая греческая семья.

— Да. Ты права.

Настенные часы чавкают в полной тишине. Был бы под рукой камешек, бросила бы, в циферблат не задумываясь.

— Почему так вышло, Стась?

— Потому что всем все равно на чувства. Леону плевать на мои, а…

— Леон любит тебя. И будет любить до конца своих дней. Точно герой любовного романа. — Перебивает она и с невообразимым теплом окунается в мои глаза. Меня душит мысль больше никогда не встретиться с ней, не обсудить мужчин, не обменяться новостями или сходить на премьеру мелодрамы. «Никогда» знаковое слово в моей нынешней жизни.

Никогда не прощать.

Никогда не влюбляться заново.

Никогда не давать себя в обиду.

Никогда не открывать кому — то свое сердце.

Никогда не привязываться к человеку.

Никогда не верить в чудо.

Никогда не возвращаться в прошлое.

— Спасибо, Дан. За то, что была рядом со мной все эти годы.

— Мы что даже созваниваться не будем? — она улыбается. — И видеосвязь для чего придумана?

— Будем, конечно.

Я беру ее за руку, а внутри меня гигантская пропасть. Выбраться из нее без поддержки нельзя. И я не пытаюсь даже. Сможем ли мы дружить, покажет время. Но оно непредсказуемо.

— Черт возьми, Стася, что с твоим телефоном?! — Архип влетает в кафетерий с видом Конана — варвара.