Книга Мой любимый Наставник + Бонус, страница 78 – Эва Лун, Ирис Вельс

— Работает... — выдохнул он.

Но радость была преждевременной. Как только первая, крошечная капля чистой Тьмы коснулась дна сферы, серебряная амальгама зашипела, мгновенно чернея. Стекло, не выдержав чудовищного давления Бездны, разлетелось вдребезги с оглушительным хлопком. Мелкие осколки вонзились мне в ладони и лицо. Кайден глухо застонал, хватаясь за руку - откат Скверны был мучительным.

Вторая попытка, с использованием обсидиана, оказалась еще хуже. Камень просто рассыпался в пыль, едва я попыталась запереть в нем пробный сгусток Тьмы, взятый из крови Кайдена. Бездна жрала всё. Обычные материалы не могли её удержать.

Мое отчаяние росло с каждым часом. Часики неумолимо тикали - до открытого суда оставалось всего два дня.

Но настоящая жизнь начиналась только глубокой ночью.

Когда огромный дом погружался в сон, а герцог уходил в свои покои, я проскальзывала в комнату Кайдена. Мы научились обманывать шпионские кристаллы. Я садилась на край его кровати, спиной к артефактам, делая вид, что меняю ему повязки или провожу алхимические манипуляции. В эти часы все маски спадали.

Из-за антимагических рун, подавлявших его естественное сопротивление, Кайдену становилось хуже с каждым днем. Скверна разъедала его изнутри. У него часто начиналась лихорадка, он дрожал, покрываясь холодным потом.

Я обтирала его лицо влажным полотенцем, гладила по спутанным белым волосам, шепча слова утешения. И в эти моменты он, обычно такой сильный и неприступный, становился пугающе уязвимым. Он утыкался лицом в мои ладони, судорожно вдыхая запах моих волос.

— Эли... — его шепот был едва слышен. Его здоровая рука нежно, почти благоговейно скользила по моей щеке, поглаживая царапину. — Если у тебя ничего не выйдет... беги. Слышишь? Возьми те деньги, что ты спрятала, и беги из столицы. Он убьет тебя.

— Я не уйду без тебя, Кайден. Мы выберемся. Я найду способ, — упрямо шептала я в ответ, сдерживая слезы.

— Ты моя самая большая ошибка и мое единственное спасение, — горько усмехался он, переплетая свои пальцы с моими. — Как же я хотел уберечь тебя от этого. И как же я эгоистично счастлив, что ты сейчас здесь.

Мы часами, едва шевеля губами, обсуждали формулы Иллариона. Кайден, даже находясь в таком состоянии, оставался гениальным теоретиком магии.

— Ты пытаешься запереть Тьму в клетку из материи, — шептал он однажды ночью, прерывисто дыша. — Стекло, обсидиан, серебро... Бездна сожрет любую материю нашего мира. Ей нужна пустота. Тебе нужно создать клетку не из материала, а из самой магии. Из чистой энергии.

— Но энергия нестабильна! — возражала я. — Без физического сосуда магия Жизни просто рассеется или смешается со Скверной. Мне нужен каркас.

— Каркас, который не является частью этого мира, — задумчиво протянул Кайден, его глаза полуприкрыты. — Что-то, что существует на грани...

И тут меня осенило. Мои глаза расширились. Я вспомнила первый этап Турнира. Вспомнила, что спасло мне жизнь, когда Костяной Ткач нанес свой удар.

— Серебро рода Де Валь, — прошептала я, инстинктивно касаясь броши в виде ворона на своей ключице. — Это не просто серебро. Это древний артефакт, пропитанный магией вашей крови на протяжении столетий. Он... он резонирует с защитой. Он не разрушается от Бездны, он отталкивает её!