Книга Гончар из Заречья, страница 48 – Анна Рогачева

— Здравствуйте, дедушка Макар.

— Проходи, девонька, присаживайся к столу, разливай чай, - сказал он.

Зоя подошла к столу и разлила в чашки чай из глиняного чайника.

— Слышу, шумишь ты у нас, как шмель в цветущем клеверу. - Зоя улыбнулась, но промолчала, отпивая горячий чай из чашки.

— А еще сказывают, что ты что-то про корзины для подарков говорила? - Что это за чудо такое, что за подарки?

— Ох и любопытно мне!

— Пришла мне в голову одна мысль интересная, дедушка. Видела я, как на городских ярмарках богатые купчихи товар выбирают. Мыло товар нужный. Его и просто кусками брать будут. Но вот представьте: корзинка маленькая, ладная, с высокой, дугообразной ручкой. А внутри… - она сделала паузу для эффекта, - три кусочка мыла разного: мятное, ромашковое, и может, медовое. На дно корзинки, под мыло, мох крашеный положить, а, может, стружку кудрявую… Макар прищурился, в его взгляде загорелся интерес.

— А размер-то какой?

— Чтоб на двух ладошках уместилась, и как жемчужина в руке лежала. Такой товар большим спросом будет пользоваться. А мы… мы изготовим его из того, что под ногами лежит, такую красоту собирать будем.

Дед Макар задумался, молча попивая чай, а стукнул кулаком по столу.

— Прут ивовый соберем. Он еще гибкий, неделю заготавливать можно. За мхом пару мужиков с детьми отправить можно, за раз привезут, а лыка у меня большие запасы, на чердаке лежат.

Оказалось, что дед Макар в молодости был плотником, а когда занемог, стал плести лукошки на всю округу. Его руки, казалось, уже забыли ремесло. Но когда Климка принёс старый, засаленный мешок с инструментами, пальцы сами потянулись к знакомой рукояти. Он взял нож, попробовал лезвие на ногте.

— Попробую. Назовём такую корзинку… «Гнездышко». В неё и правда, только самое нарядное положат.

И пошло-поехало. Новость, что дед Макар за старое ремесло взялся, мигом облетела село. К его избе потянулись другие старики и детвора. Присаживались на завалинке, беседовали. Одни начинали заготавливать материал: собирали по низинам длинные, гибкие прутья ивы, сушили мох на солнце. Другие, под руководством Макара, начинали само плетение. Работали каждую свободную минуту, после общинной работы, между домашними хлопотами. Получалось не быстро, но на совесть.

Однажды Зоя вспомнила, что лыко, как и мох, можно красить, Она подала эту идею деду Макару. А он, в свою очередь, передал это задание старушкам, и те с радостью взялись за это дело. Красили луковой шелухой, корой ольхи, использовали травы. Интерес у людей рос с каждым днем все больше.

Дети, вдохновлённые всеобщим движением, тоже нашли своё дело. Теперь они уходили гулять с чётким заданием: собирать ромашку и мяту для мыла, крапиву, душицу - всё, что могло принести пользу при окрашивании, стать прослойкой или украшением в подарочной корзинке. Их сбор превратился в важную миссию, и они очень гордились тем, что их работа так же важна, как и труд взрослых.

А Светлана, увидев, как из ничего рождается новый товар, опять пошла к старосте Луке.

— Лука, сало ещё нужно, - попросила она. Если уж корзинки делать, то и мыла должно хватить, чтобы их наполнить. Лука, глядя на оживление у избы деда Макара, где старики спорили о ширине прута, а дети таскали охапки трав, только тяжело вздохнул и кивнул.